Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

ОРУЖЕЙНИК

Книга  третья

Пилигримы проклятых земель

Глава  8

Полигон мы покидали через проделанную в ограждении огромную дыру. Уж не знаю кто ее проломал, может какая-то весьма и весьма негабаритная тварь из другого мира, а может колонна боевой техники из нашего, но проломал очень даже удачно. Выскочив с полигона, мы пересекли проходящую вдоль него дорогу и оказались на пустыре, который вплотную примыкал к панельным пятиэтажкам Шибанки.

Шибанкой в Наро-Фоминске называли небольшой жилой район, находящийся между расположением моей танковой бригады и 1182-ым гвардейским артполком ВДВ. Название пошло от центральной улицы этого военного городка, ранее плотно заселенного офицерскими семьями. Так вот именно по улице легендарного комбрига Великой Отечественной Василия Ивановича Шибанкова нам и предстояло двигаться дальше.

Глянув на жилые дома, до которых оставалось не более полторы сотни метров, я поморщился. День сегодня обещал быть ясным, естественно насколько он может быть ясным в эпоху «Большой мряки», а вот меж домов продолжала висеть какая-то серая взвесь. Казалось, словно предрассветные сумерки зацепились за панельные коробки и никак не могут высвободиться, рвануть на запад, вслед за отступающей, пятящейся ночью.

— Ничего не замечаешь? — мой вопросе к Лешему так и сочился неожиданно накатившей подозрительностью.

— Туман, — пожал плечами тот. — Думаешь ядовитый?

— Да уж, туман… — задумчиво согласился я.

Может это и впрямь был туман, может даже ядовитый. Ну и что с того? Корпус БТРа герметичный, и фильтрующая система вроде в порядке. По крайней мере, была в порядке. Так что можно легко проскочить. Если это, конечно, это туман…

Проверить можно было лишь одним способом, тем самым что именуется древним исконно русским словом «авось». Или полная версия: «Авось пронесет!». Руководствуясь именно этим замечательным девизом, с одинаковым успехом поднимающим человека, как на великие подвиги, так и на грандиозные глупости, я и направил бронетранспортер в сторону почерневших от наростов ядовитой плесени пятиэтажек.

Когда «302-ой» поравнялся с крайним из домов, сразу начало чувствоваться что-то странное, необычное, то, чего здесь не было раньше. Да, в Шибанку я наведывался регулярно. Только за последний месяц был два или даже три раза. Собственно говоря, целью моей была не сама Шибанка, а расположенные вокруг нее воинские части. Там еще много чего ценного оставалось, особенно у прижимистой десантуры. И путь к этим богатствам лежал именно через военный городок. Ведь надо быть полным идиотом, чтобы ездить в обход и просто так жечь драгоценную соляру.

Так вот, раньше Шибанка была просто мертвым районом. Даже обитающие в округе твари в него заглядывали крайне редко. Не уютно им тут было что ли? А может чуяли чего? Хотя лично мне это было даже на руку, а потому я во всю эксплуатировал этот маршрут. Так было раньше, но теперь… Что изменилось теперь? Этот вопрос я задавал себе до рези в глазах вглядываясь в окрестности.

Туман или дым тут и вправду присутствовал. Не очень уж и плотный. Видимость метров на сто. Так что в случае чего противника можно будет заметить своевременно и срезать из пулемета. Подумав об этом, я невесело хмыкнул. Это, конечно, если его возьмут пули.

Однако пока ничего этакого не происходило, и, попетляв по дворам, медленно и осторожно обогнув черный остов сгоревшего торгового комплекса «Весна», я, наконец, выбрался на саму улицу Шибанкова. Не очень-то она длинная. С того места, где мы находились, и до Кубинского шоссе с километр, не более. Но только вот этот километр еще следовало пройти.

Первую странность я заметил буквально через пол ста метров. Вернее заметили мы ее вместе с Лешим. В воздухе, прямо над проезжей частью висел грязный и рваный полиэтиленовый пакет. Обычный пакет с каким-то выцветшим желто-красным рисунком, один из тех, что наряду с другим мусором валялся здесь на каждом шагу. Только вот в том-то и вся загвоздка. Пакет не лежал на земле, и не летал, подхваченный порывом мерзко смердящего ветра, а именно висел. Неподвижно висел.

— Не падает, — голос Загребельного пробился через рокот мотора и таки достучался до моего слегка озадаченного сознания.

— Не падает, — подтвердил я и остановил машину.

— Что-то знакомое? — осведомился Андрюха.

Я отрицательно покачал головой. Оно и правда, с чудесами антигравитации мне еще сталкиваться не доводилось.

— Майор, одиночный выстрел! Пакет видишь? Тот, что над дорогой завис? Так вот по нему… — приказал я громко. — Огонь!

— Есть выстрел, — прокричал в ответ мотосрелок даже не поинтересовавшись, чем это полковнику Ветрову не угодил обычный городской мусор. Тут же гулко громыхнул КПВТ.

Откровенно говоря, я почему-то надеялся, что впереди сверкнет голубая вспышка, точно такая же, как возникала при попадании намагниченного гвоздя в невидимую тушу «Деда Мороза». Но ничего подобного не произошло. Я пронаблюдал пулю. Просто пулю, медленно улетающую вдаль. Она лениво проковыряла тонкий полиэтилен и неспешно растаяла в серой дымке тумана.

Стоп! — приказал я самому себе. — Трассер еще можно заметить, но обычную пулю… У КПВТ начальная скорость пули около 1000 метров в секунду. Попробуй, разгляди такую! И, тем не менее, я ведь видел, своими собственными глазами видел!

— Что у вас там? Чего стреляли? — чуть ли не в один голос прокричали Нестеров и Главный.

— Какого черта, полковник? — подписался под их словами Фомин.

— Хрень тут какая-то творится, — гаркнул я, повернув голову. — Надо бы проверить.

Краем глаза я заметил, что Главный поднялся со своего места и стал проталкиваться в сторону водительского отделения. Что ж, пусть полюбуется. Может и впрямь скажет чего путного. Однако чужое мнение хорошо, но и свое не мешало бы, так сказать, оформить. Сделать это я решил на основании нового эксперимента.

— Майор, в том же направлении короткой очередью. Огонь!

Практически одновременно с моей командой Главный закричал «Нет!». Однако он все равно опоздал. Мотострелок как и прежде молниеносно отреагировал на приказ и нажал на спуск.

Прогрохотала короткая очередь, и я вновь заметил пули, прорезающие серую дымку. Только вот на этот раз далеко они не ушли. 14,5 милиметровые куски металла невероятным образом искривили свои траектории и взмыли высоко в небо.

― Зачем стреляли? Я же сказал, нет! ― в сердцах возмутился ханх.

― Поздно сказал, ― прогудел в ответ Петрович из башни.

― А что, собственно говоря, произошло? ― я глядел в смотровой люк и не видел там ни малейшей реакции на нашу стрельбу. Как и прежде улица казалась тихой и пустынной.

― Похоже, мы повстречались с гравитаторами.

Гравитаторы? Ни о чем таком я раньше не слыхал, тем более здесь, в хорошо знакомых, тысячу раз езженых и переезженных кварталах Шибанки. Однако не верить Главному у меня не было причин. Этот сукин сын знает куда больше всех нас вместе взятых.

― Гравитаторы это опасно? ― мне срочно требовалось знать основное. Чисто академический интерес относительно этой аномалии можно будет удовлетворить и как-нибудь потом.

― Смотря как они на нас прореагируют, за кого примут.

Чего-о? ― удивленный возглас вырвался одновременно из трех глоток: моей, Лешего и сидящего на месте пулеметчика Нестерова.

― Гравитаторы, они что живые? ― уже гораздо тише поинтересовался Леший. Главный как раз добрался до водительского отделения, так что надрывать глотку и перекрикивать рокот мотора, необходимость сразу отпала.

― Живые, ― подтвердил ханх, в то время как сам внимательно оглядывал окрестности сквозь бронестекло смотрового люка. ― Другая форма жизни, основанная на энергии гравитационного поля.

― Сколько же их расплодилось… тварей всяких! ― с ненавистью прорычал милиционер. ― Откуда они все взялись на нашу голову? Зачем пришли?

Когда-то вы мечтали о контакте, искали братьев по разуму. ― Как мне показалось, в голосе Главного послышалось искреннее сожаление о прошлом. ― Затем кардинально изменили свое отношение к этому вопросу и сделали из пришельцев кровожадных монстров. Вот и получите.

― Кто это «вы»?

Майор милиции отреагировал молниеносно, правда совершенно не в том направлении, в котором мне хотелось бы, а главное в каком требовала ситуация. Пришлось исправлять положение самолично.

― Чем нам грозит встреча с гравитаторами?

― На органику их действие ничтожно, в худшем случае почувствуем слабость и головную боль, ― ханх перестал пялится в люк и перевел взгляд на меня. ― А вот БТР они могут вперед не пропустить. Металлы это основные объекты их воздействия.

― Почему не пропустят? ― быстро среагировал Загребельный.

― Потому что вы в них стреляли.

― Они знают что такое оружие? ― нахмурился чекист.

― Попав на Землю, наверняка узнали. Гравитаторы испытывают живейший интерес ко всем металлическим предметам.

― Для того, чтобы понять принцип работы наших механизмов надо быть… ― начал я.

― Да, они разумны, ― ханх понял, что именно вертится у меня на языке.

― На сколько?

― На сколько? ― Главный задумался. ― Разум гравитаторов совершенно не похож на человеческий. Сравнивать невозможно.

― Нам все равно придется прорываться именно здесь. ― Пришлось вернуть разговор к реалиям сложившейся ситуации. ― Других вариантов нет.

― Олесь, ты знаешь что это за дымка? ― следствием этого моего заявления стал вопрос подполковника ФСБ.

― Действие гравитаторов на атмосферу. Полагаю на Проклятых землях она уже претерпела некоторые изменения и теперь содержит летучие соединения металлов.

При этих словах Главного я помимо воли покосился на приборную панель и нашел там переключатель «нагнетатель». Бортовую фильтровентиляционную установку захотелось включить прямо сейчас.

― Мы уже метров триста в этом тумане проперли, ― справедливо заметил Леший. ― Значит эти твари вокруг нас?

― Не стоит называть их тварями, ― заметил Главный.

― Да насрать как называть! ― вскипел взбешенный щепетильностью ханха Андрюха. ― Скажи, они здесь?

― Да, ― мнимый белорус был не многословен.

― До сих пор ведь ничего не случилось, ― осторожно, чтоб не сглазить заметил я.

― До сих пор вы не стреляли, ― напомнил ханх.

Этот гад словно накаркал. Сразу после его слов я почувствовал, как машина вздрогнула и стала медленно отползать назад. Что за цирк-зоопарк такой! Пришлось быстро нажать на тормоз и остановить непонятное движение. Куда же ты родная? ― я ласково обратился к четырнадцати тонной машине. ― Нам совсем не в ту сторону.

Опустив руку на рычаг переключения передач, я вдруг понял, что он включен в положение задний ход. Что за чертовщина! Опять двадцать пять! Такое ведь уже со мной случалось! Тогда… в Одинцово. Неведомо кем включенная задняя передача помогла спастись от смертоносных щупалец вьюнка. Правда, далеко не всем. Картина гибели морпеха Сереги Чаусова мигом всплыла в памяти. Жуткая смерть. Не дай бог принять такую.

Сознание словно само собой зацепилось за слово бог, и я покосился на Главного. Кто тогда подал мне сигнал? Он? Сам или призвав на помощь вот этих самых доселе неведомых гравитаторов? Что-то наш приятель подозрительно много о них знает.

Проводить дознание сейчас было не время и не место. Сейчас требовалось уходить, скорее уходить. Понимая это, я рванул машину с места. Рванул? Нет, пожалуй с таким определением я явно погорячился. БТР медленно пополз вперед. Мы находились на ровной как стрела улице, мотор неистово ревел, но скорость машина почему-то не набирала. Складывалось впечатление, что сейчас мы пытаемся прорвать толстенную резиновую стену. Пока «302-му» удавалось продавливать невидимый эластичный материал, но сопротивление его все возрастало и возрастало. К этой напасти добавилась еще и другая. Все системы «восьмидесятки» словно сошли с ума. На взбесившиеся стрелки приборов я уже не обращал внимания и только успевал вырубать внезапно включающиеся и переключающиеся фары, отопители, шинные краны, насосы, водомет и прочее оборудование.

Долго так продолжаться не могло, а потому я поступил так, как традиционно поступают солдаты всех времен и народов в тот самый момент когда им очень жутко, когда они не знают, что предпринять.

― Майор, Огонь! ― мой голос захлебывался и дрожал от напряжения.

На этот раз Главный меня не остановил. Наверное решил, что дело сделано и новой стрельбой все равно уже ничего не испортишь. Так пускай эти тупорылые человеки убедятся в своем полном бессилии.

― Огонь!

Растерянность стала уступать место гневу. Петрович копался чересчур долго. О том, что гравитаторы могли повлиять и на оружие мне тогда в голову как-то не приходило. В задержке я узрел только лишь нерасторопность пулеметчика.

― Огонь, мать твою!

После моего третьего, уже клокотавшего от ярости окрика, наконец грохнула очередь из крупнокалиберного КПВТ. Мотострелок стрелял прямо вдоль проезжей части. Не получив какую-либо наводку на цель, он решил наугад поразить того незримого противника, с которым из последних сил сражался наш героический бронетранспортер.

На этот раз пули летели не просто медленно, а очень медленно. Я с легкостью проследил их движение от облепленной блоками щита морды «302-го» на дистанцию метров так пятьдесят-шестьдесят. Именно там стайка остроносых цилиндриков остановилась и повисла в воздухе, аккурат на уровне входа в Гарнизонный Дом Офицеров.

― Дальше мы не пройдем, ― перекрикивая неистовый рев мотора, прогорланил Леший.

Своим криком Андрюха лишний раз подтвердил то, что уже и так всем было понятно. Намертво застрявшие в пустоте пули от крупнокалиберного пулемета ― доказательство лучше некуда.

― Попробуем отогнать гравитаторов щитом! ― одной рукой вцепившись в ходящий ходуном руль, другой я потянулся к самодельной панели управления защитной системы.

― Гравитация существует и под щитом, ― глубокомысленно заявил стоящий за моим сидением Главный.

Цирк-зоопарк, а он ведь прав! Я поспешно отдернул руку, как будто устыдившись своей тупости.

― А не может так получиться, что мы с этими долбанными гравитаторами как те два барана? Уперлись лбами и бодаемся изо всех сил. Как насчет того чтобы пораскинуть мозгами? Давайте свернем, обойдем это место? ― Вот такая вполне здравая мысль родилась в голове Анатолия Нестерова.

― Попробуем.

Я кивнул и повернул руль направо. Сейчас пройдем по дворам пятиэтажек, затем по берегу пруда, а там уже и рукой подать до Кубинского шоссе. Что ждет нас на Кубинском я не знал. Удастся ли проскочить по нему в город? Если нет, то очень плохо. Тогда путь один, на северо-запад в полную и абсолютную неизвестность.

Однако даже эта самая неизвестность оказалась нам недоступна. Во дворах жилых домов бронетранспортер наткнулся все на ту же непроницаемую стену и забуксовал.

― Давай назад! ― Нестеров как автор идеи с объездом не сдавался. ― Попробуем пробиться с другой стороны!

Объезжать Шибанку с востока мне совсем не хотелось. В этом случае мы приближались к расположению моей ненаглядной гвардейской танковой бригады, очень близко приблизимся, а это, как говориться, чревато серьезным геморроем. Однако другого выхода, похоже, не было, и я сдал назад, а затем развернул машину и стал пробираться в сторону улицы Пешехонова. Она, как и улица Шибанкова, выходила на Кубинское шоссе, только напротив коттеджного поселка. Это, конечно, метров так на пятьсот поближе к Кантемировке… но ничего, пока не смертельно.

Мой новый маневр начался очень даже удачно. «302-ой» будто отделался от опеки гребаных гравитаторов и благодаря этому беспрепятственно просочился сквозь жилой район. По опушке лесного массива, того самого в глубине которого скрывалась гарнизонная гауптвахта, я прорвался на саму улицу Пешехонова. Казалось бы все, удача! Метров семьсот и колеса «восьмидесятки» загрохочут по асфальту Кубинского… Но не тут то было. Я вновь почувствовал нарастающее давление пустоты. И не только спереди. Теперь на «302-го» давили еще и с правого борта. Причем так сильно, что БТР стало сносить. Я слышал как визжат трущиеся об асфальт шины, я чувствовал как раскачивается не рассчитанная на такие перипетии машина и понимал, что следует сворачивать. Куда? Вот в этом-то и заключался главный вопрос или вернее проблема. Поворачивать можно было только лишь налево, тобишь в сторону Кантемировской бригады.

― Твою мать! ― прорычал я себе поднос. ― Куда же вы меня гоните, суки?

Произнесенные мной слова стали тем самым ушатом ледяной воды, которое вылилось мне на голову. От него-то я и прозрел. Гонят! А ведь и вправду гонят! Скорее всего, у гравитаторов не имеется собственной возможности разделаться с нами, вот они решили сделать это руками тех демонов, что поселились казармах, складах и боксах огромной воинской части.

Избежать этой участи можно было лишь одним способом: опередить гравитаторов и уже ниже, чуть ли не под самым забором части прорваться на Кубинское шоссе. Только тогда, даже если нас и продолжат оттеснять, появится возможность отступать, минуя расположение Кантемировки. Других вариантов нет, другие варианты это верная смерть!

― Всем держаться! Крепко! ― заорал я дурным голосом и тут же рванул в сторону видневшегося впереди здания детского сада.

От резкого рывка Главного, который как тень продолжал маячить у меня за спиной, сорвало с места и унесло куда-то вглубь десантного отделения. Ничего, не цаца, выживет, ― мелькнуло у меня в голове, и я мигом забыл о существовании ханха.

Я прекрасно понимал, что прорываться придется напрямик, без дороги, через дворы, пустыри и мертвые лесопосадки. Но это ничего, не беда. Шансы все же есть. Судя по всему, гравитаторы не ожидают от меня особой прыти. Что ж, тогда я их неприятно удивлю.

В характеристиках БТР-80 очень обтекаемо записано, что его максимальная скорость по шоссе составляет более 80 км. в час. Восемьдесят! Ха-ха три раза! Каждому, кому довелось крутить баранку этого замечательного вездехода, известно, что все это перестраховка и колерованная брехня составителей техдокументации. Да он сотку легко идет! А документация… Она для зеленых пацанов. Не гоняйте, мол, ребятишки больше восьмидесяти. Четырнадцать тонн это вам не хухры-мухры. Не справитесь с управлением и тю-тю… машину в утиль, а маме с папой цинковый ящик с номером. Только вот ко мне вся эта хрень вряд ли относится. Я же не восемнадцатилетний олух с купленными по дешевке правами. Эти самые восемьдесят километров в час я и по пересеченке сделаю, главное чтобы ям и канав на пути не повстречалось.

Насколько я помнил, впереди канав не было, а потому полковник Ветров решительно вдавил педаль газа. Двухсотшестидесятисильный турбированный Камазовский дизель взревел и «восьмидесятка» помчалась вперед, своими зубастыми колесами сменная встретившийся по пути чахлый кустарник.

Давление извне сразу исчезло. Оно осталось, где-то позади и справа. Я же, пытался как можно быстрее оторваться, что бы затем, сделав крутой разворот, рвануться в сторону Кубинского. Когда впереди показался бетонный забор родной части, я скомандовал себе «Пора!» и, лишь слегка притормозив, рванул руль вправо. За бортом понеслись общежития контрактников, промелькнуло двухэтажное здание КПП, которое почему-то окрестили «Голубыми воротами», показался стоящий невдалеке от него монумент «Три танка», а дальше… Да! Есть! Получилось! Дальше моим глазам открылась широкая асфальтовая полоса Кубинского шоссе.

Я свернул на него и сразу сбросил скорость. Ну что господа гравитаторы, съели? А вот хер вам, а не полковника Ветрова! Теперь даже если и подопрете меня с тыла, то лишь будите подталкивать к городу, именно туда, куда нам и надо.

Злорадствуя, мысленно крутя фильдеперсовые дули на руках и ногах, я глянул в ту сторону, откуда только что вырвался. Благо возможность такая имелась, ибо один из приборов наблюдения на месте механика-водителя все же уцелел, пережив тем самым все перипетии выпавшие на долю «302-го». Конечно же, я не надеялся увидеть униженных и пристыженных гравитаторов, которые от огорчения вешаются на уличных столбах. Это был всего лишь взгляд творца, гения, наслаждающегося плодами своей непревзойденной работы. Вот этим-то ленивым и самодовольным взглядом победитель Ветров и заметил одну деталь, одну странность. В так хорошо знакомом мемориале «Три танка» не хватало одного элемента. Того, что слева. И назывался этот элемент не иначе как тяжелый ИС-3 М.

― Иосиф Сталин, ― я тихо расшифровал название исчезнувшей боевой машины, и оно мне почему-то не понравилось. Сразу потянуло недобрым душком, как будто я разбудил черта. Подумалось, что Проклятые земли это как раз то место, где возможно все, в том числе и встреча с духом кровавого генералиссимуса.

Эх, лучше бы я об этом не думал. Почему? Да потому, что оказался прав. Иосиф Сталин третьей серийной модели, модернизированный, грохоча ржавыми гусеницами, грузно выполз из пролома в бетонном заборе и пошел нам наперерез.

При виде этой сорока шеститонной махины я буквально окаменел. Цирк-зоопарк, как такое может быть? ИСу ведь больше полувека! Двигатель явно не рабочий, это если он там вообще есть. И это я даже не вспоминаю о топливе.

Сбитый с толку мозг начал лихорадочно искать хоть какое-то объяснение происходящему. Может это не тот танк? Может на территории Кантемировки оказался рабочий экземпляр из музея в Кубинке? И вот теперь… Я не стал углубляться в эту версию. Почему? Да потому, что понял какая это чушь, потому, как отчетливо разглядел бортовой номер «100» и эмблему: два перекрещенных дубовых листа. Нет, это именно танк с постамента. Он самым загадочным образом вдруг ожил и решил продемонстрировать свой крутой норов.

Кого именно невзлюбил ИС-3, было понятно и дураку. Тяжелая машина спешила перекрыть Кубинское шоссе и отрезать нас от города. И ей это, кажется, удавалось.

― Что за чертовщина! Откуда он взялся! ― заорал Леший, как видно, только теперь придя в себя от такой неожиданной встречи.

Я промолчал, плотно сжав зубы. Не время сейчас разговоры разговаривать! До противника оставалось метров восемьдесят, и он уже выползал на проезжую часть.

Конечно же, я не собирался таранить тяжелую гусеничную машину. Это все равно, что лбом в бетонную стену. Что ж, тогда оставался вариант покинуть асфальт и проскочить вдоль шоссе по грунту, по придорожным газонам, благо они тут широкие, хоть парад устраивай. Огонь танк не откроет, вот в чем в чем, а в этом я не сомневался. Боекомплекта внутри точно нет.

Исходя из таких рассуждений, особой опасности ИС не представлял. Правда имелась одна загвоздка, одно странное наблюдение. Резвость, которую проявлял тяжелый и к тому же старый танк, вызывала, мягко говоря, недоумение. На сколько я помнил тяжелые танки времен Второй Мировой особой быстроходностью не отличались. Сороковник, если по шоссе, не больше. Ну, а этот живчик пер под семьдесят, никак не меньше. Так что если ему взбредет в башню нас перехватить, то он чего доброго это и проделает. И помешать этому… На этом месте я задумался. А ведь таки можно помешать!

― Полковник, что за танк? ― наконец из ступора вышел и наш башенный стрелок.

― Огонь, майор! ― прогорланил я в ответ. ― По каткам! Бей по каткам пока этот гад не развернулся!

Отдавая приказ, я уже полностью владел собой, а стало быть мыслил трезво и логично. Все патроны, которые я в последнее время скармливал своему крупнокалиберному другу, были с пулями БС-41. Делал я это от безвыходности, так сказать. Горячее любимые всеми местными тварями осколочно-зажигательные боеприпасы уже закончились, вот и пришлось мочить зверье бронебойными, да еще и с сердечником из карбида вольфрама. Обычно я сетовал на сие расточительство. Обычно, но только не сейчас. БС-41 прошивает 50 миллиметров брони, так что товарищу Сталину сейчас, как говорится, достанется на орехи.

ИС-3, все еще подставлял нам свой борт, и КПВТ без труда наделал бы в нем дырок. Только вот на кой-черт это надо? Внутри танка ведь все равно никого нет, это уж как дважды два. Его гонят на нас проклятые гравитаторы. Цирк-зоопарк, вот же прицепились, гады! И что мы им такого сделали?

Выяснять было некогда. Следовало поскорее раскромсать ходовую у стоящего на нашем пути стального монстра. На брюхе-то ИС-3 за нами вряд ли поползет. Кишка тонка у вас, граждане гравитаторы, волочь по земле этакую махину!

― Чего ты ждешь, майор! Ого… ― начал я, но мой голос тут же потонул в грохоте крупнокалиберного пулемета.

Петрович в который раз подтверждал свой класс отличного стрелка. Пули, выпущенные им, кучно ложились в область передних опорных катков. Я видел яркие вспышки на металле, вслед за которыми взбухали клубы грязно-белого дыма. Так что после десятка попаданий ИС-3 практически затянуло плотной седой пеленой. Однако, несмотря на эту завесу, я все же смог кое-что разглядеть, а именно, что танк разворачивается.

― Черт! ― я заскрежетал зубами и погнал «восьмидесятку» через бурую придорожную траву.

Теперь полагаться на мощь КПВТ не приходилось. Чтобы остановить нашего врага Петровичу требовалось перебить хотя бы один из двух траков, а это, на всякий случай, совсем небольшие мишени и попасть в них, тем более стреляя с бешено скачущей по ухабам машины, ох как не просто.

Танк вырвался из-под прикрытия дымовой завесы и, неистово грохоча изржавевшей, забывшей о смазке ходовой, буквально полетел нам навстречу. Я пытался маневрировать, но, увы, безрезультатно. Противник чутко реагировал на все мои уловки, и всякий раз перекрывал путь. Неумолимо сокращая расстояние, он шел на таран.

В конце концов ИС не оставил мне выбора и я вынужден был затормозить. Вывернуть колеса, стоять и ждать. Когда танк подползет совсем близко, я рвану машину в сторону и увернусь от сокрушительного удара. А дальше… А вот дальше мы с ним сыграем в догонялки. Как не крути скорость у меня выше, да к тому же ИСу придется еще и разворачиваться. План нормальный. Не идеальный, но единственно возможный в данной ситуации. Опасался я лишь одного — сюрпризов, которые могут преподнести «милые» затейники по имени гравитаторы.

Все то время, пока я пытался перехитрить коварного Иосифа Виссарионовича, наш башенный стрелок вел с ним свой собственный, персональный бой. Пули выпущенные из КПВТ не переставая хлестали по броне танка. Но, увы, щелкая по приплюснутой башне и «щучьему носу» тяжелой боевой машины, они рикошетили и с визгом улетали проч. Как я понял, Петрович расстрелял уже одну коробку патронов и, потратив всего десяток секунд на перезарядку, приступил ко второй.

Быстро перезарядил, ― отметил я мимоходом. Правда эта мысль на долго в голове не задержалась. Сосредоточившись, стараясь не моргать от заливавшего глаза пота, я глядел на несущегося на нас врага и ждал. Сорок метров… Тридцать… Двадцать… Пора!

Я рванул БТР с места, стараясь резко уйти вправо. Расчет оказался верным. ИС-3 не успевал, проскакивал мимо. Для того, чтобы развернуться он должен был погасить свою адскую скорость. Затем сам поворот и новый разгон. Все это я уже, конечно же, не увижу, потому, как к этому времени оставлю противника далеко позади.

Именно так все и должно было произойти. По-другому просто не могло быть. Законы физики упрямая вещь. Инерция, масса, импульс и все такое прочее… Но вдруг произошло немыслимое, невозможное, невероятное. Танк и не подумал разворачиваться. Он просто как резиновый мячик подпрыгнул в воздух и прямо на лету переставился, изменил направление своего движения. При этом тяжелая машина практически не потеряла скорость.

Мы разом потеряли все свое преимущество. И при таком раскладе… Будь я проклят, при таком раскладе мы уже не успевали ни оторваться, ни даже отвернуть.

В тот самый миг, когда сорокашеститонная гусеничная машина вновь грузно упала на землю, и прогремела длинная пулеметная очередь. Петрович стрелял на предельном угле склонения пулемета. Окажись танк ближе всего на пару метров, и он бы угодил в мертвую зону. Но к счастью этого не произошло, наш стрелок успел нажать на спусковую кнопку.

Рядом с левым траком ИСа взметнулось облако пыли и дыма, а еще там сверкнули три или четыре огненные вспышки. О том, что Петрович поразил цель, стало понятно буквально сразу же. Ведущий каток нашего стального противника развалился, перебитая гусеница тяжелым хлыстом ударила по земле, и танк рвануло в сторону. Поднимая клубы пыли, вырывая клочья бурой мертвой травы, он завертелся на месте.

― Есть! Есть! ― восторженно, словно пацан, заорал мотострелок.

― Да! Так ему, суке! ― вторил майору Леший и еще несколько голосов.

Я тоже поддерживал всеобщее ликование, правда, довольно скромно. Во-первых, потому как меня все еще колотил нервный озноб, а во-вторыхВо-вторых внутри меня притих, съежился маленький ошарашенный человечек, которому уже в тысячный раз доказали, что он никакой не царь природы, что существуют силы куда более властные и могущественные. Однако все же, что там не говори, сейчас мы победили, а это кое-что да означало. Пусть мы не первые, но зато и не последние.

Именно на этой оптимистической волне полковник Ветров и вернулся к реальности, вернулся и сразу сообразил, что следует как можно скорее уходить подальше от этого места. Серая дымка от Шибанки потихоньку ползла в нашу сторону, а к тому же на пьедестале все еще оставались Т-34-85 и ИСУ-152 М, и мне совсем не улыбалось вести бой с этими двумя героическими машинами, тем более, если они накинуться на нас обе разом.

Вновь выехав на асфальт Кубинского шоссе, я погнал «восьмидесятку» в Наро-Фоминск, в царство сумрака и аномалий, в то самое дьявольское место, в которое мне не удавалось пробиться уже больше года.

Опубликовано 25.12.2011

Читать главу 9>>
Написать отзыв на книгу

скачать книгу ОРУЖЕЙНИК-3 Уважаемые читатели, здесь вы можете почитать рабочую версию романа. Полный текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по цене 49 руб.