Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

Глава22

Глава23

Глава24

Глава25

Глава26

Глава27

Глава28

Глава29

Глава30

ОРУЖЕЙНИК

скачать книгу ОРУЖЕЙНИК-4

Уважаемые читатели, здесь вы можете почитать ознакомительную версию романа. Полный текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по цене 49 руб.

Книга  четвертая

Приговор судьи

Глава  5

— Отсюда он вылез, больше неоткуда!

Леший вновь и вновь оглядывал массивную крышку люка, врезанного в небольшую платформу. Эта металлическая плита размером примерно три на шесть метров, сантиметров на тридцать возвышалась над поверхностью земли. Именно к ней нас и привели следы диковинного существа.

— Бесполезно, — я разочарованно махнул рукой. — Изнутри закрыта. И металл толстенный. Граната для него, все равно что комариный укус для слона.

— Что же все-таки это такое? — Андрюха встал с колена, отряхнул руки и вопросительно поглядел на меня.

— Ты об этом чудике или о люке?

— И о том, и о другом.

— Существо может оказаться обитателем этого мира…

— В сапоге из нашего, — бесцеремонно перебил меня ФСБшник. — Или ты полагаешь, они здесь наладили нелегальное производство кирзаков?

— Сапоги могли попасть в этот мир случайно, так же как мы с тобой или этот корабль.

— И сразу стали хитом сезона, новинкой в мире моды. Причем столь популярной и любимой, что аборигены согласны носить их даже по одному.

— Твой вариант?

— Мутант, — Загребельный рубанул словно увесистым боевым топором.

— Мутант? — я поежился. — И под воздействием чего этот бедолага так преобразился?

— Мне просто дико хочется, чтобы имелась какая-то особая, конкретная причина. Пусть это будет что угодно, только не общее воздействие этого мира, — Леший скривился. — Иначе…

— Иначе все это ждет и нас, — я закончил за приятеля.

— В любом случае у нас не так много времени.

Подполковник стал оглядываться по сторонам, хотя делал это скорее чисто автоматически. Ведь плотность тумана не изменилась. Он и здесь оставался все-таким же плотным и непроницаемым.

— Куда пойдем дальше? — я вновь задал самый популярный сегодня вопрос.

— Сперва здесь осмотримся.

— Здесь?

— Так точно. — Загребельный покосился на меня. — Что по-твоему это такое? — При этих словах подполковник пнул носком ботинка наглухо задраенный люк.

— Ну-у… — я стал подбирать варианты.

— Это подземный объект, — опередил меня с ответом чекист. — А любой подземный объект имеет определенную инфраструктуру: запасные выходы, вентиляционные колодцы и так далее.

— Это по-нашему с тобой представлению, — остудил я приятеля. — У тех, кто все это построил, могут быть совсем иные стандарты.

— Попытка не пытка.

После моего замечания Андрюха помрачнел, но от планов своих не отказался. Да я и не настаивал. Ведь его план — это хоть какой-то план, это в любом случае лучше, чем ничего.

Осмотр местности проходил по довольно нехитрой схеме: мы выдвигались в одном из произвольно выбранных направлений шагов на триста, а затем по собственным следам возвращались назад, к железной плите с люком. В ходе трех таких вылазок ничего интересного обнаружено не было, а вот на четвертой…

Мы наткнулись еще на одну извилистую цепочку странных следов. Притом не просто следов, а довольно свежих следов. На этот раз человек шел на двух ногах. Он был бос. Плюс ко всему этому добавлялась еще одна не большая, но довольно неприятная тонкость. По отпечаткам в желто-серой пыли было отчетливо видно, что на ногах у него по четыре длинных растопыренных, словно у птицы, пальца.

Немного поразмыслив, взвесив все за и против, мы с Лешим решили отправиться по этому, вновь обнаруженному следу. Из двух вариантов: идти веред или назад, был выбран первый. Решающую роль здесь сыграла Андрюхина наблюдательность, которая подсказала, что этот путь совпадает с направлением ветра. Таким образом, экспедиция в составе полковника Ветрова и подполковника Загребельного продолжала свой нелегкий поход на юго-запад, если мы, конечно, не сбились, и этот самый юго-запад здесь действительно существовал.

Продвигаясь вперед, оба мы были чернее ночи. Не очень-то и приятно выслеживать больного человека, которого возможно… Да какой там возможно! Почти наверняка придется грохнуть. Ведь теперь он и не человек вовсе, а скорее дикий зверь, которому между прочим надо чем-то или кем-то питаться.

К этому гадкому чувству, к этим жестоким мыслям примешивалось еще и ощущение того, что охотимся мы чуть ли не на самих себя. Да, именно на самих себя! Ведь задержаться в этом проклятом месте означало стать точно такими же монстрами. Я уже сейчас не мог отделаться от ощущения, что внутри моего тела что-то происходит, что там все ломается и перекраивается на новый, чуждый человеку лад.

Чтобы хоть немного встряхнуться, разорвать тягучие и липке путы страха, я постарался сосредоточиться на чем-то ином. Это оказалось легче легкого. Страх перед смертью завтрашней легко заглушает боязнь сыграть в ящик уже сегодня, сейчас. Чувствуя именно это, я покрепче сжал автомат и во все глаза стал вглядываться в грязный желтый занавес впереди. И, цирк-зоопарк, я кажется действительно увидел.

— Там! — хрип сам собой вырвался из моей пересохшей глотки. — Красный! Мигнул!

Леший поднял глаза от следов, за которыми неотступно следил, а затем глянул градусов на двадцать левее нашего курса, то есть именно в ту сторону, куда я и указывал. На несколько секунд он замер, а затем согласно кивнул:

— Точно. Есть такое дело.

— Ну, так давай… Двинули туда!

— Свет никуда не денется, — протянул Андрюха задумчиво. — А вот следы… Они меня сейчас интересуют куда больше.

Услышав эти слова, я вдруг понял: все то время, пока танкист Ветров копался в своих ощущениях и страхах, чекист Загребельный думал, анализировал сложившуюся ситуацию.

— Тогда выкладывай, — я слегка придержал приятеля.

— Понимаешь… — Андрюха раздраженно отмахнулся от особо плотного сгустка осточертевшего уже тумана, который назойливо лез в глаза. — Этот человек, по следам которого мы сейчас идем… Он ведь отличается от того четвероногого, чьи следы мы встретили первыми?

— Не знаю, — я пожал плечами.

— Отличается, — на этот раз Леший не спрашивал, а утверждал. — Тот наверняка вообще потерял человеческий облик, раз встал на четвереньки. А вместе с обликом и разум.

— Куда это ты клонишь?

— Похоже, тот первый выскочил из люка и гасал тут по всей округе как в жопу раненый. А этот нет. Этот куда-то шел, целенаправленно шел.

— Думаешь? — я поглядел на уходящую в туман цепочку следов.

— Уверен. Ведь именно он довел нас сюда… на эту, блин, улицу красных фонарей.

— Фонарей? — по слуху сразу резануло множественное число.

— Вон там еще несколько, — Андрюха указал вперед.

Я пригляделся и действительно смог разглядеть легкое, едва заметное покраснение на теле тумана. Оно тянулось вдоль земли и напоминало мясную прослойку в гигантском куске старого, уже слегка пожелтевшего сала, которым в былые времена так любили приторговывать украинские гастарбайтеры.

— Мы оказались там, где вошли? — я перевел взгляд на Лешего и, не дожидаясь его ответа, выдвинул свою собственную гипотезу: — Там Земля, дом. Этот человек просто хотел вернуться!

— Чего тут гадать? Идем, посмотрим, — в тоне подполковника ФСБ не слышалось и намека на согласие.

По мере приближения к красной границе туман все редел. Это было чертовски приятно — прозреть, из беспомощного близорукого слепца вновь превратиться в нормального, полноценного человека, который способен заранее разглядеть врага, а затем вогнать в него полдюжины разогретых кусков стали. Однако пока ничего подобного нам делать не требовалось. Странным образом враги куда-то запропали. Все, что открывалась взгляду, так это вереница горящих высоко над землей красных огней.

— Срань господня! — прокомментировал увиденное Леший. — Совсем не то, что было на входе в туман.

«Не то», это было мягко сказано. Из тумана выступили какие-то диковинные металлические конструкции, своим видом напоминающие то ли рухнувшие с небес космические города, то ли занесенные пылью скелеты невиданных исполинских чудовищ.

Подумав о монстрах, я сразу вспомнил одну читанную еще до войны книжонку. В ней после «веселого» термоядерного междусобойчика выживший народ переселился в метро, на поверхность выбирался крайне редко, да и то в полной химзащите. Так вот автор этой истории просто обожал величать московские многоэтажки циклопическими. Я тогда читал и все думал, почему циклопические? Глаз он что ли у них разглядел? Циклоп-то потому и циклоп, что одноглазый. Зато здесь и сейчас определение «циклопический» подошло бы как нельзя лучше. Этих самых циклопов впереди было полным полно. Они выстроились длинной, можно сказать бесконечной шеренгой и все как один наблюдали за нами своими кровожадными кроваво-красными глазищами.

— Да уж, — протянул я, ежась под этими холодными ненавидящими взглядами. — Выходит, ошибочка вышла. Там впереди вовсе не Земля.

— Так куда же шел этот… — Загребельный осекся, так и не договорив. — Гляди! Вон он! — Произнося это, подполковник протянул руку и указал на небольшой темный холмик, расположившийся как раз у первой линии пугающих своей мощью и размерами металлических конструкций.

— Подойдем поближе, — скорее приказал, чем предложил я.

— Давай подойдем, — согласился Леший, но сразу же поспешил предупредить: — Только осторожно. Что-то тут не так. Нутром чую.

Хваленое чутье подполковника ФСБ спасало нам жизнь, причем не раз и даже не два, а посему к нему следовало относиться очень даже серьезно.

— Ты заметил что-то особенное, подозрительное? — сделав шаг вперед, я покосился на Андрюху. — Докладывай, подполковник!

— Тело все чешется, — чекист шел рядом и с подозрением оглядывался по сторонам.

— А может, тебе помыться? — в памяти всплыл старый анекдот, но сейчас он не вызвал даже тени улыбки.

— Ха… Ха… Ха… — пробубнил Леший, и рожа у него в этот момент была ничуть не веселее моей. — По-моему здесь какое-то поле. — ФСБшник наморщил лоб, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Ничего не чувствую, — я отрицательно покачал головой.

— Странно, — Загребельный передернул плечами, как будто его и впрямь что-то очень беспокоило.

Я подумал, что так оно и есть, потому как Андрюха сразу стал какой-то дерганый. Его внимание все более рассеивалось, а мысли блуждали черт знает где. Хорошо, что эта невесть откуда взявшаяся смесь чесотки с лихорадкой пока не перекинулась на меня. Полковник Ветров по-прежнему оставался в норме, благодаря чему он и смог заметить, вовремя среагировать…

— Стой! — я молниеносно вцепился в разгрузку вырвавшегося вперед приятеля и с силой рванул его назад.

Именно в этот момент я и почувствовал… Это походило на удар током. Причем не просто кратковременный удар, после которого сгорают предохранители и выбивает пробки. Складывалось впечатление, что в каждый орган, в каждую клеточку моего тела воткнули крошечный электрод, а затем с садистским наслаждением стали подавать на него пульсирующий, то и дело меняющий свою силу электрический ток.

— Ты чего? — Леший удивленно вытаращился.

— Дальше нельзя, — я отдернул от приятеля руки и в тот же миг почувствовал облегчение.

— Почему нельзя?

— У него головы нет, — прохрипел я на выдохе.

— У кого? — до Загребельного доходило подозрительно туго.

— Очнись, дурак! У него!

Я хотел схватить Андрюху за рукав и развернуть к распростертому на земле телу, до которого мы не дошли всего каких-то семь-восемь шагов, да передумал. Хватит с меня этого проклятущего электрофореза. Так что все, на что я сподобился, было просто ткнуть стволом «калаша» в сторону трупа.

— Головы?

Подполковник ФСБ наконец очнулся от накатившего на него затмения. Загребельный развернулся к покойнику и стал внимательно, естественно, насколько это позволяло разделявшее нас расстояние и все еще не до конца рассеявшаяся грязно-желтая пелена, его изучать:

— Да, башки точно нет. И крови, между прочим, тоже. Тут ее уже целая лужа должна была натечь, — таковы были первые впечатления чекиста.

— Спеклась она, — я пояснил то, что понял практически сразу. — Ему сожгло голову. Вон гляди, все плечи и спина до самых лопаток обуглены.

Существо, которое мы разглядывали, а человеком его назвать язык как-то не поворачивался, лежало на животе, широко раскинув руки. Было оно одето в синие армейские трусы и дырявую, тоже армейскую майку-тельняшку. Вся эта нехитрая одежонка оказалась сплошь заляпана какими-то подозрительными темными пятнами и потеками. Явно не кровь, а что-то менее плотное, дающее после высыхания омерзительный жирный блеск.

Даже с такого расстояния было видно, что структура тела этого несчастного претерпела серьезные изменения. Грудная клетка невероятным образом сжалась, придав мужчине сходство с грушей. Руки и ноги превратились в тощие плети. Сквозь серую кожу на них отчетливо проступали длинные жгуты жил и крупные булдыжки суставов.

— Он тут совсем недолго лежит, — прервал мои наблюдения Леший. — Часов десять, может чуток поменьше.

— И ты бы рядом лег, кабы не я, — С Андрюхой явно творилось что-то неладное, а потому и соображал он как-то не очень… В связи с этим мне пришлось самолично «разжевывать» свою мысль: — Это он не сам себя так приложил. Долбануло его чем-то и, похоже, сверху.

Загребельный медленно поднял взгляд на ближайший из исполинских металлических скелетов, на вершине которого извивался и бился кокон малиново-алой плазмы.

— Думаешь оттуда? — подполковник кивнул в сторону зловеще выглядящего устройства.

— Скорее всего, — я пожал плечами. — Ты же не хочешь сказать, что тут пролетал вертолет из которого по этому бедолаге и пальнули?

— Как же тогда пройти? — Похоже, этот вопрос Леший задал самому себе, задал и тут же сам на него ответил: — Надо поглядеть как эта штука работает. Вблизи поглядеть. Так что я пожалуй пойду, а ты внимательно следи за тем, что будет происходить.

С этими словами Андрюха медленно двинулся вперед, и я понял, что этот долбанный придурок задумал поэкспериментировать на свой собственной шкуре. Нет, ну точно — псих ненормальный!

Примерно это, только в более цветастых выражениях я ему и собирался объяснить, да не успел. Неожиданно на глаза попался вещмешок Загребельного, и дыхание сразу перехватило. Да какое там перехватило! Прямо таки сперло, как будто в легкие сыпанули пару кило тяжелых и колючих железных опилок.

— Стой! — только это и смог я выдавить из себя.

Леший не услышал и продолжал настырно топать по направлению к обезглавленному трупу.

— Назад! — заорал я во всю силу своей пересохшей глотки и кинулся вслед за другом. Почему-то я был уверен, Андрюха не остановится, не обернется. Накатившее на подполковника наваждение не позволит тому сделать ни первого, ни второго.

Во время этого отчаянного броска взгляд мой был намертво прикован к спине ФСБшника или вернее к его вещмешку. Чертовщина, которую я заметил в самом начале, не только не прекращалась, она нарастала со скоростью цепной реакции. Под выцветшей зеленой тканью вещмешка разгорался настоящий костер. С каждым шагом Загребельного сгусток этого алого, словно кровь, пламени становился все крупнее, все больше хищных красных молний пробиралось наружу сквозь плотную парусину.

К тому моменту, как я нагнал Лешего, уже весь его вещмешок пылал, будто в него до краев налили расплавленного металла. Казалось, протяни я еще хоть самую малость, позволь Андрюхе сделать хоть один единственный шаг, и произойдет ужасное, непоправимое. Именно поэтому, не теряя ни секунды, не думая о последствиях, полковник Ветров скрюченными пальцами вцепился в одну из лямок на плече друга.

Наверное, в этот миг должен был последовать удар. Тот самый удар, той самой странной энергии, что я ощущал, когда останавливал Андрюху в прошлый раз. Готовясь получить его, я инстинктивно напрягся.

Хорошо, что я оказался готов. Шибануло так, что старый танкист отлетел метра на полтора, но, к его чести будет сказано, «заветную» лямку все же не отпустил. Так что Загребельного, не взирая на габариты и вес, крутануло словно девчушку-фигуристочку, которая по глупости решила выполнить какой-то там тройной аксель, так до конца и не освоив одинарный. Однако, как оказалось, отечественное ФСБ всякими там акселями или тулупами не возьмешь, ни тройными, ни даже четверными. Оно с некоторым усилием, но все же устояло на ногах, хотя и потеряло свой гребанный вещмешок, «счастливым» обладателем коего стали, конечно же, российские бронетанковые войска.

В отличие от Загребельного, чей мозг все еще пребывал под таинственным наркозом, танкист Ветров сразу осознал — ситуация хуже некуда. И дело тут даже не в том, что поклажа Лешего уже практически перестала существовать, превратившись в маленькое солнце на двух зеленых лямках. Дело было в том, что весь окружающий мир наполнился какой-то странной гудящей и дребезжащей энергией. Пространство напряглось как струна, грозя вот-вот взорваться, лопнуть и расползтись по швам. И детонатор к этой бомбе, нож к этой невидимой ткани находился именно в моих руках.

Максиму Ветрову как-то совсем не улыбалось оказаться в самом эпицентре жуткого катаклизма, а потому он размахнулся и что есть силы зашвырнул вещмешок куда подальше. Конечно же, специально направление я не выбирал. Но только так уж получилось, что это самое «куда подальше» оказалось прямо в сторону обезглавленного, распростертого на земле трупа.

Вещмешок еще парил в воздухе, когда в него ударили сразу три ослепительных малиновых молнии. Они вылетели из зловещих красных огней, тех самых, что словно жутковатые призрачные маяки сияли на вершинах изогнутых металлических мачт. Глядя на это, я весь сжался ожидая взрыва, в результате которого рюкзак Загребельного сгорит во мгновение ока, а может разлетится на сотни мельчайших, пылающих как искры фейерверка клочков.

Вот только ничего подобного не произошло. Смертоносные молнии словно приклеились, намертво прикипели к вещмешку. Они потянулись за ним, а когда скарб Лешего грохнулся в серо-желтую пыль, превратились в три извивающиеся, рассыпающие мириады искр пуповины, соединяющие… Цирк-зоопарк, кого с кем? В какой-то миг мне показалось, что все изменилось, поменялось местами. Теперь вовсе не исполинская защитная система пыталась испепелить нарушителя, теперь он сам перешел в наступление и стремился поджарить вконец оборзевших обидчиков. Или нет, скорее он желал выпить, высосать их силу, как маленький прожорливый вампир высасывает кровь поверженного им великана.

Что именно вторая из моих догадок и оказалась ближе всего к истине, мы с Андрюхой смогли убедиться уже буквально через несколько секунд. Висящие высоко в небе красные огни стали тускнеть, а затем один за другим гаснуть.

Два, четыре, семь, десять… Именно, когда потух десяток красных глаз и от их всевидящего ока освободилось с полкилометра гигантского периметра, произошло воистину невероятное событие. Прямо позади металлических ферм и колон разверзлась огромная дыра, через которую нашим глазам открылось… А вот то, что открылось, так это еще следовало понять, в это еще требовалось поверить.

Опубликовано 12.05.2012

Читать главу 6>>
Написать отзыв на книгу