Главная

От Автора

Книги

В работе

Арсенал

Уроки выживания

Ликбез по ТСП

Это интересно

Фотогалерея

Новости

Картины

Иллюстрации

Читать отзывы

Написать отзыв  

IIместо в конкурсе "2012 После жизни"

Автор ЛИРА

Рассказ «Дорога к жизни»

Глава 1

Мёртвая земля

Большая серая крыса высунула усатую мордочку из норы и принялась внюхиваться в окружающий мир. Чувствительный нос уловил запахи прелой листвы и аромат древесной смолы. Не почуяв опасности, зверёк выбрался наружу и поспешил к ближайшим кустам в поисках добычи. Спустя некоторое время он оказался на открытом пространстве. Что-то изменилось, охотник почуял хищника, самого страшного на свете. Правда, их осталось очень мало, но от этого они стали менее опасными. Грызун предпочёл спрятаться и переждать.

На дороге показались два человека. Один небольшого роста парень лет двадцати с коротким ежиком светлых волос, одетый в штаны и куртку, покрытые множеством заплаток. Второй высокий широкоплечий мужчина в форме пожарного, тоже довольно потрёпанной. У обоих за спинами висели рюкзаки, а на поясах закреплены ножи с острым зазубренным лезвием. Старший, помимо всего прочего, держал в руках метровую пику.

— Борис, а ты уверен, что нам к Городу надо? Там ведь эти, ну зомби...

— Ха-ха-ха, Сань, неужели ты веришь в эти сказки для маленьких детей? Нет там никого.

— Но мать мне рассказывала...

— Там. Нет. Зомби. Истории про живых мертвецов придуманы, чтобы несмышлёных юнцов пугать, вроде тебя.

— Но, — опять протянул Саша.

— Что ты заладил, но, но, — разозлился Борис. — После Судного дня в Городе было много трупов, а некоторые люди сошли с ума и шатались бесцельно, как зомби. Их боялись. Вот и пошли всякие мифы!

— Но если там безопасно, почему мы живём в лесу?

— Мне отец рассказывал, что тогда население Города составляло два миллиона человек. Прикинь сколько это! В нашей общине всего одна тысяча шестьсот тридцать. Ну так вот, когда всё начало рушится, люди сходили с ума и убивали друг-друга. Знаешь, как пахнет разлагающееся тело? — Сашка скривился. — А представь этих тел тысячи, миллионы! Вот те, кто еще сохранил хоть каплю рассудка, и бежали как можно дальше. Там, где мы сейчас живём, уже была деревня, быт легче организовать, не с нуля, скотина, огороды уже имелись. Сначала тяжело приходилось, но со временем втянулись! Спустя полгода группа всё же решила отправиться в Город, вернулись подавленные, говорят: «Смерть там властвует, и живым нет места». После этого, никто, само собой, не хотел туда возвращаться.

— Но а нам зачем?

— Зачем? Глупый ты ещё, сколько там вещей полезных! Одежда, посуда, книги! Ведь не будет всего этого, в дикарей превратимся!

— Столько лет прошло! Разве что-нибудь сохранилось?

— Что-нибудь обязательно сохранилось!

Дальше шли молча. Сашка представлял, как они вернуться в общину, нагруженные всякими полезными вещами, и Оксана уж точно обратит на него внимание! А может найти ей в городе какой-нибудь подарок? Точно, ведь там столько всего!

Борис мельком взглянул на мечтательное лицо своего напарника. Небось, об Оксанке своей думает! Молодой и вызвался с ним пойти, только чтобы перед девушкой храбрецом выглядеть. А почему он сам решился отправиться в Город? Наверное, из-за отца. Мужчина вспомнил, как тот сидел перед черным экраном телевизора и вдруг начинал выкрикивать непонятные фразы: «Ну, давай бей! Ворота свободны!», «Куда ты лезешь! Ну кто так играет!», «ГО-О-О-ОЛ!», а потом из глаз старика текли слёзы.

Мать умерла при родах, и отец был самым близким человеком. Борис часто вспоминал его рассказы о прежней жизни. О кинотеатрах, где показывали большие движущиеся картинки, о толпах народа на улицах, о высоких, в сотни этажей, домах, о супермаркетах, где продавалась самая разная еда, о самолётах, летающих по небу словно птица.

Высокие деревья обступили путников. Мерный шелест листьев наполнял окружающий мир. Вдруг земля под ногами сменилась серым рассыпающимся асфальтом. Борис остановился и потрогал рукой шершавую поверхность:

— Мы на верном пути — это древняя дорога, скоро она должна стать шире.

Прошло уже три часа, Саша устал и хотел попросить старшего товарища устроить привал, как под подошвой что-то звякнуло. Парень наклонился и поднял с земли треугольник, весь покрытый ржавчиной.

— Это что такое? — молодой показал свою находку Борису.

— Не знаю, — мужчина вертел железку в руках. Потом стукнул ею по ближайшему дереву — на землю посыпалась бурая труха. — Она вся ржавая, ни какой пользы.

Сашка немного расстроился, так хотелось найти что-то важное, а тут... А тут потрескавшийся асфальт пересекла более широкая дорога. Хоть она и была основательно засыпана листьями, но посередине кое-где угадывалась белая полоса.

— Отлично! Теперь направо и прямо до самого Города, — Борис махнул рукой, указывая направление.

Сашка тем временем раскидал ногами мусор и уставился на белую пунктирную линию:

— А зачем здесь это нарисовали?

— Я по чём знаю.

— Борис, может устроим привал? Я уже ног не чувствую и в животе урчит, — парень умоляюще посмотрел на товарища.

— Ладно, уговорил, — мужчина стянул рюкзак, усаживаясь прямо на дорогу, только сейчас осознав, насколько сильно устал.

Путники перекусили овощами и вяленым мясом, полежали с часок, давая отдых уставшим ногам.

— Далеко нам ещё идти? — поинтересовался Саша.

— За сегодня, думаю, не дойдём. Если только завтра, хотя тоже не уверен. Я ведь знаю только направление, а вот расстояние лишь примерно, — Борис поднялся, прилаживая рюкзак на спину. — Хватит валяться!

Парень тихо заворчал, но ослушаться приказа не посмел.

По сторонам шумел лес, вплотную обступивший дорогу. Кое-где могучие корни взломали асфальт. Периодически попадались треугольники, прямоугольники и круги, торчащие на высоких палках из зарослей. На некоторых ещё удавалось различить буквы и рисунки непонятного назначения. Стали встречаться остовы машин, такие же ржавые. Сашка с интересом разглядывал автомобили, в общине имелся один такой, правда не в рабочем состоянии, стоял в конце главной улицы, как напоминание о прошлом и как любимое место игры малышей.

Вдруг слева донёсся треск веток и весёлое похрюкивание. Через несколько секунд на открытое пространство выскочил не крупный кабан, остановился, настороженно уставившись на путников. Борис замер, не зная как поступить. Тут из кустов выбрались три маленьких поросёнка и принялись копаться в листве. Мужчина медленно шагнул назад, потом ещё и ещё. Зверь словно понял — опасности нет, и направился обратно в лес, следом поспешили детёныши.

— Фу-у-х, — Борис тяжело вздохнул, когда кабан скрылся из вида.

— А чего ты его не убил? — поинтересовался Сашка.

— Дурак. Куда нам столько мяса? Запасов ещё на несколько дней хватит. Тем более у неё потомство маленькое. Не жалко детей без матери оставлять?

— Да я так спросил...

Солнце уже клонилось к горизонту, когда дорогу впереди перегородили сотни, если не тысячи, автомобилей. Низкие и высокие, длинные и короткие, округлые и квадратные, казалось, здесь собрались все возможные модели, как на выставке. Только вот внешний вид «экспонатов» оставлял желать лучшего: некоторые смяты, видимо в результате аварии, вездесущая ржавчина распространилась всюду, хотя многие машины ещё держались, сверкая ярко накрашенными боками. Борис остановился и загляну в салон — внутри, на водительском кресле, сидел скелет, руки лежат вдоль туловища, голова завалилась на бок, пристёгнутый ремень безопасности удерживал тело в вертикальном положении. Наверняка таких могил здесь полно. Не очень весёлое место.

На дороге почти не осталось свободного места, поэтому пришлось спуститься на обочину. На небе уже показались первые звёзды. Где-то далеко завыли волки. Сашка широко зевнул, поспешно прикрыв рот рукой. Хотелось спать, есть, но заговорить об отдыхе молодой не решался. Не желал выглядеть в глазах старшего товарища слабаком.

— Не пора ли нам подыскать место для ночлега? — поинтересовался Борис. Он отлично видел состояние своего напарника и представлял, о чём тот сейчас думает.

Для лагеря нашли небольшой клочок земли, с трёх сторон окруженный автомобилями. Собрали ветки, развели костёр, в маленьком котелке разогрели воду. Сашка кинул туда несколько пучков зелени, картофелину и кусок вяленого мяса — получился своеобразный суп, может не очень вкусно, зато питательно.

— Воды у нас совсем не осталось, — парень покачал флягой, на дне которой слабо плескались остатки жидкости.

— Ничего, скоро река должна быть, там наберём, — мужчина достал из кармана сложенную вчетверо бумагу, развернул и ткнул пальцем в голубую извилистую линию. — Вот видишь? Это река, мы идём тут. Значит, должны с ней пересечься. А теперь спать.

— А хищники на нас не нападут?

— Не волнуйся, огонь их отпугнёт. А если сунуться, то я чутко сплю, никто незамеченным не подберётся!

Сашка ворочался и никак не мог заснуть. Ночь наполнилась сотней звуков: скрип железа, завывание ветра в пустых салонах машин, далёкий, но от этого не менее зловещий вой хищников. Лишь мерный треск костра успокаивал. Повернувшись с боку на бок, парень уставился на пляшущие языки пламени и, в конце концов, уснул.

Утро выдалось на редкость прохладным, угли еле тлели. Борис разворошил их палкой и подкинул сухих веток. Подогрели в котелке остатки воды с листьями малины — чай помог немного согреться.

По земле стелился белый туман, значительно снижая видимость. Постоянно чудилось, что из мутной пелены сейчас выскочит зверь и в мгновение ока порвёт на куски. Остовы машин вырастали на пути и напоминали скелеты доисторических монстров. Сашка поёжился, пытаясь справиться с разыгравшимся воображением. Прошло около трёх часов, прежде чем налетевший ветер разогнал дымку. Из-за облака выглянуло солнце и прошлось тёплыми лучами по мокрой земле.

Борис не ошибся с расчётами — во второй половине дня компания вышла к реке, пересекавший её мост отлично сохранился. Путешественники спустились к берегу и принялись наполнять имеющиеся ёмкости. Устроили небольшой привал и отправились дальше.

Сашка уверился — до Города они сегодня не дойдут. Погода не очень радовала — середина осени как ни как. Конечно, легче совершать вояж летом, тепло, ночью не холодно, но парень отлично понимал — это не возможно. С апреля по сентябрь все заняты на огородах и фермах. Это сейчас, когда урожай убран, сено для скотины заготовлено, стало возможным отправиться в поход. Хотя не все в общине прониклись этой идеей. Большинство считали, что им и так хорошо, нечего рисковать и ходить в Город, где властвует смерть. В деревне почти не осталось людей, заставших Судный день, а те кто остался, были тогда маленькими детьми и уже не могли вспомнить что-либо конкретное. Когда Борис вызвался пойти в Город, мотивируя своё решение желанием найти полезные в хозяйстве вещи, Сашка попросился с ним. Парню очень хотелось увидеть то, о чём он много читал в книгах, да и перед Оксанкой хотелось выделиться — вот он какой, не боится. Ведь девушки любят сильных и смелых, так?

Тьма вновь окутала землю. На этот раз на ночёвку остановились в небольшом одноэтажно здании, стоящем около дороги. Все стёкла и двери были давно выбиты, ветер нагнал внутрь листву, но и другого мусора хватало: железные банки, стеклянные бутылки, какие-то цветные клочки непонятного назначения. Борис обследовал помещения и пришёл к выводу, что это не жилой дом, а, скорее всего, склад. В дальнем конце, в маленькой комнате, обнаружилось гнездо ежей, целая семья — две взрослых особи и два маленьких комочка. Мужчина не стал их тревожить и вернулся в большой зал.

Освободив участок от мусора, развели костёр.

-Надо было в реке рыбки наловить, сейчас бы пожарили, — мечтательно протянул Сашка.

— Тебе только пожрать, — усмехнулся Борис. — Вот дойдём до Города, и устроим охоту.

— А разве там зверьё водится?

— А почему нет? Раньше там людей полно было, всех хищников отпугивали. Теперь умерли все, так чего живности не появиться?

На этот раз Сашке удалось заснуть гораздо быстрее, может этому способствовало наличие крыши над головой, а может отсутствие ветра.

Утро встретило плотной облачностью.

— Как бы дождь не ливанул, — Борис хмуро взглянул на небо. — Давай поторопимся. Сегодня, надеюсь, дойдём.

Чем ближе люди приближались к Городу, тем сильнее менялась местность вокруг. Деревьев встречались всё реже, чаще попадалсь разного вида постройки — явно не жилые. Напарники несколько раз заглянули внутрь, но ничего интересного не обнаружили — сплошной мусор.

— А может это и есть Город? — озвучил Сашка терзавшую его мысль.

— Нет, там дома должны быть высокие, выше деревьев.

К обеду принялся накрапывать мелкий дождик. По небу бродили тучи, одна мрачнее другой. Сильный ливень — лишь вопрос времени. Дорога круто пошла в гору. На вершине Борис замер — всё пространство впереди, до самого горизонта, занимали дома. Казалось, чем дальше, тем выше и массивнее становились здания.

— Это и есть Он? Да? — с благоговейным трепетом спросил парень старшего. Ответа не последовало, всё и так ясно без слов.

Когда перед тобой уже маячит цель, идти становится легче. На пути, перегородив почти половину дороги, застыл автомобиль весьма необычного вида: вместо колёс — толстая пупырчатая лента, корпус — сплошной металл, никаких окон или дверей, спереди торчит длинная труба. Борис забрался на странную машину и обнаружил люк, с помощью которого можно было проникнуть внутрь, что он и сделал.

Кабина особой просторностью не отличалась, множество экранов, кнопок, рычагов. На полу стояло несколько железных ящиков. Два оказались пусты, а в третьем обнаружилась пустая пластиковая канистра на три литра и больше ничего. Рядом лежала груда хлама, скорее всего бывшего когда-то одеждой. В углу притаился скелет, облачённый в остатки камуфлированной формы и шлем. Мужчина постучал по нему — крепкий, пригодится.

Сашка переминался с ноги на ногу. Как же самому хотелось залезть внутрь диковиной машины! Сверху донёсся шорох и на землю спрыгнул Борис. В одной руке он держал белую канистру, в другой округлый шлем, который протянул молодому:

— Держи, думаю твой размер.

Парень нахлобучил подарок на голову — пришлось в самый раз:

— Спасибо! — рот растянулся в довольной улыбке. — А чё там, внутри?

— Приборы какие-то, ящики пустые и скелет.

Спустя примерно полтора часа путешественники вступили на территорию Города. Борис чуть замешкался. Куда идти дальше? С чего начать поиски? Дома, дома, дома, кругом сотни, тысячи домов, и все такие разные и такие... большие. Неужели здесь жили миллионы людей?

Насладившись моментом, мужчина двинулся дальше, парень поспешил следом. Кругом царило безмолвие, нарушаемое лишь шелестом листвы и скрипом зданий. Тишина завораживала, и казалось кощунством, нарушать её.

Глава 2

Живой

Сашка таращился на пустые проёмы окон, потрескавшиеся стены, поэтому не сразу заметил впереди человеческий силуэт. Борис был более внимательным, и остановился, разглядывая незнакомца.

Фигура наклонилась и ковыряла что-то на дороге, затем выпрямилась — в руках оказался кролик.

— Эй, — крикнул Борис.

Человек резко развернулся и выронил добычу. Перед ними стоял дряхлый старик: седая спутанная борода, морщинистая бледная кожа.

— Ты кто такой? — удивлённо вымолвил Сашка.

— Боже мой, люди, живые! — дед чуть ли не плакал. — Как же это, неужели, столько лет! А я и надежду потерял! Думал всё, а тут вы... А ещё кто жив? Кроме вас?

— Жив, жив. Много нас. Наша деревня далеко отсюда, — Борис с трудом верил в происходящее. — А ты тут что один?

— Да один, один. Совсем. Ой, что тут стоять! — старик всплеснул руками. — Дождь будет, все кости болят. А у меня в подвале и тепло, там и поговорим. Как же я ждал!

Дед с трудом наклонился, поднял кролика, положил его в сумку, висевшую на плече, и, опираясь на кривой посох, медленно зашагал вдоль по улице. Путешественники переглянулись и пошли следом. Сашка заметил на дороге нехитрую ловушку, он и сам такие умел делать и часто ставил их в лесу вокруг деревни.

Борис прибывал, мягко говоря, в шоке. Уж кого-кого, а живого человека он обнаружить никак не собирался! Самое невероятное — старик жил здесь один! Мрачное место, наводившее страх на всех жителей общины, оказалось обитаемым. В голову закралась невероятная мысль: «Дед выглядел не просто старым, а очень-очень старым. Хотя он и был закутан в штопанный плащ, по торчащим наружу рукам можно с уверенностью сказать — тело словно высохло. Что если перед ними живой (!) свидетель Судного дня?!»

Шли долго, так как провожатый, в силу своего преклонного возраста, передвигался довольно медленно. Постепенно высотки сменились более привычными одно и двухэтажными домами. Многие были основательно разрушены, почти везде провалились крыши. Повсеместно заметно наступление природы: некогда аккуратные сады разрослись, превратившись в непролазные дебри, вьюнок с невероятной настойчивостью оплетал стены и чудом сохранившиеся заборы.

Процессия остановилась перед таким же разрушенным, как и все вокруг, зданием. Единственным его отличием являлось наличие ветряной мельницы.

— Вот и пришли. Добро пожаловать в мою обитель! — старик прошёл в сад, довольно ухоженный. — Мой огородик, эх тяжко уже становиться...

Вход в подвал выглядел как железная дверь, лежащая практически на земле. Дед потянул за ручку, открывая ряд ступеней, убегающих в темноту.

— Э-э, там же темно, — протянул Сашка. Как-то не хотелось спускаться неизвестно куда.

— Темноты боишься? Сейчас исправим, — горожанин усмехнулся, спустился на несколько ступеней. Послышалась возня, скрип и проход осветили пляшущие языки голубоватого пламени.

Спуск занял минут пять. Старик постоянно ворчал, что ноги уже не те и ходить тяжело, и вообще, надоела ему эта лестница. Борис подозревал, что разговорчивость нового знакомого вызвана долгим одиночеством. Внизу оказался маленький тамбур и большая железная дверь. Мужчина присвистнул:

— Не хилый тут у тебя подвальчик.

— Вообще-то более подходящее для этого название — бункер. В нём можно даже ядерную войну пережить! — старик толкнул дверь. — Он состоит из четырёх комнат. Первая — прихожая, я там сейчас одежду храню, вещи там нужные. Дальше идёт жилой блок, там сплю, еду готовлю, там даже канализация работает! С водой правда последнее время перебои, скважина высыхать начала... Третья комната — склад, там запасы, а ещё генератор был, но он сломался давно. Я вот ветряк наладил, но электричество берегу, для другого надо. Так четвёртая, четвёртая самая главная — там лаборатория!

Троица прошла через прихожую, заставленную садовым инструментом, вёдрами, шкафами с верхней одеждой и ещё всякими коробками. Вторая комната совсем не походила на подвальное помещение: стены оклеены голубыми, с жёлтыми чёрточками, обоями, на полу ковры, правда порядком выцветшие, мягкая мебель, кровать.

— Ой, стойте! Разуйтесь там и одежду верхнюю снимите. В прихожей оставьте. Тут тепло. Сумки там тоже киньте.

Старик прошёлся по комнате, зажигая несколько свечей — стало очень светло.

Размеры помещения составляли примерно метров тридцать на двадцать. По левую сторону от входа располагался длинный шкаф с посудой, напротив обеденный стол, а в углу расположилась приличных размеров печка. Кухню от остальной части отделял ряд тумбочек, на которых красовались статуэтки, изображающие людей животных и различные предметы. Настоящий музей! Дальше шла спальня: двуспальная кровать, застеленная пёстрым одеялом, широкий комод, с множеством ящиков. В центре комнаты стоял большой угловой диван, а перед ним на низеньком столике покоился огромный плоский телевизор. Всю правую стену занимали стеллажи с книгами, неужели старик их все прочитал? В самом дальнем углу, отгороженный фанерой, располагался санузел.

— Слушай дед, а как ты тут от дыма не задыхаешься? Окон то нет, — насторожился Борис.

— А-а, не волнуйся. Я специальный материал использую. Он при сгорании дым не выделяет. В печке во да, дым есть, но там воздуховод. Ох, как же это я, забыл совсем, добычу то разделать надо. Ты малой, — старик обратился к Сашке. — Сбегай наверх, тебе не тяжело, как из сада выйдешь сразу налево, там пенёк есть. Я на нём всегда тушки разделываю, чтобы всякое зверьё не привлекать, а то огород вытопчут. Кишки в сторонку выкинешь. Нож то у тебя есть?

— Да, — Сашка принял сумку с кроликом и поспешил наверх.

Через два часа, после сытного обеда, гости уселись на диван, а хозяин пододвинул кресло и устроился напротив.

— Дед, а имя у тебя есть? — спросил Борис.

— Есть, есть. Антон Михайлович меня зовут. Можно просто Михайлович. Сколько ждал! Думал так и помру.

— Я Борис, а это Сашка. Будем знакомы! Мы, честно сказать, вовсе не ожидали встретить здесь живого человека!

— Уж а я как не ожидал! Надеялся, конечно, но не ожидал! После всего, что здесь творилось... — Михайлович сокрушённо покачал головой.

— А тебе лет то сколько? — решил проверить, терзающую его мысль, Борис.

— Что? Старый слишком? Восемьдесят семь мне.

У Сашки буквально отвалилась челюсть. Восемьдесят семь! Это ж тогда ему было... Видимо все мысли очень чётко отразились у парня на лице, потому что старик вновь заговорил:

— Когда всё полетело в тартарары, мне было двадцать.

— Ты помнишь Судный день? — Борис прибывал в замешательстве.

— Помню так, словно всё произошло вчера. А вы что знаете?

— У нас в общине самому старому семьдесят два года, но он не помнит те события. Когда я маленький был, отец рассказывал про города, автомобили, кино, но про Судный день предпочитал молчать. В школе говорили, что мир поразила страшная болезнь. Господь покарал людей за их грехи. В общем всё, — мужчина развёл руками.

— Я не только всё помню. Я ещё знаю, что тогда произошло и почему! Эх, двадцать лет, сколько было планов, надежд. Ведь я мечтал получить Нобелевскую премию! А у меня были шансы, да! Но всё очень круто поменялось. Шёл две тысячи двенадцатый год. В интернете и по телевизору пугали предсказаниями индейцев майя. Знаете, кто такие майя? Нет? Это древнее племя такое, жило сотни или даже тысячи лет назад, от них остались только высокие пирамиды и тексты, высеченные на камне. А в этих текстах говорится: конец света наступит двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года. Вот! Правы индейцы оказались, только с месяцем чуток ошиблись. Я тогда работал обычным лаборантом в химико-биологической лаборатории, которая занималась изучением и, что греха таить, созданием новых вирусов. Это то, от чего многие болезни появляются. Нашей группой руководил профессор, ему уже было под семьдесят, милый такой дедок, кучу научных статей написал, довольно известный, в определённых кругах. И занимались мы, чем бы вы думали? Созданием очень опасного, очень смертельного вируса, передающегося воздушно-капельным путём! Тогда ведь как — ты не сделаешь, другие сделают. Биологическое оружие, будь оно не ладно. Лето, начало июля, жара стояла за тридцать. Нашему начальству вздумалось вдруг перевезти образец нового вируса в другую лабораторию, чтобы там, якобы, проверили наши результаты. Не знаю, какая в этом необходимость, но возражать бессмысленно. Доставлять решили вертолётом — так быстрее. Профессор сам всё упаковал в специальный контейнер и установил в салоне, чтобы, не дай бог, ничего не упало и не разбилось. Время полёта минут двадцать, но ни кто не ожидал, что может случиться! А знаете что случилось? Мощнейшая вспышка на солнце! Такой никогда, на нашем веку, не видели. Тогда свет во многих городах вырубился, техника погорела. Лабораторию тоже затронуло, но быстро сработали аварийные системы. Это я позже узнал, что учёные предупреждали о вспышке в это день и возможных сбоях, во многих аэропортах отменили полёты, опасаясь проблем. Как позже выяснилось не зря. Начальство знало о вспышке, но всё равно отправило вертолёт, лететь всего двадцать минут! Ну что может случиться за такое короткое время? Электроника дала сбой, пилот не успел среагировать, и винтокрылая машина рухнула вблизи оживлённой трассы, — старик замолчал и уставился на свои руки. Спустя несколько минут он продолжил. — Пожарные и МЧС прибыли на место аварии в течение десяти минут, но пилот погиб. Инкубационный период вируса длится четыре недели, то есть в это время вы не чувствуете, что больны, но можете заразить других. Потом появляются первые симптомы: головокружение, кашель, насморк, лёгкая температура (похоже на обычную простуду), а дальше рвота, сильнейшая боль в лёгких, отёк мозга и смерть. Вероятность летального исхода девяносто девять процентов. Дорога рядом, многие машины ехали с открытыми стёклами — жара, а как авария произошла стали останавливаться, посмотреть, образовалась пробка и ветер дул в сторону трассы. Люди даже не знали, что вдыхают смертельно опасный воздух. Ведь тогда ещё можно было что-то предпринять! Объявить карантин, обследовать людей! Но начальство не хотело поднимать панику! В прессе ни слова не прозвучало о грузе. В лаборатории всех убедили, что огонь уничтожил вирус. О досадном инциденте постарались забыть, и забыли, на четыре недели. Первые сообщения о неизвестной болезни поступили, почему-то, из Англии (страна такая, далеко отсюда). Я тогда дома был, смотрел новости по телевизору, когда журналист обрисовал симптомы, меня будто током ударило. Тут же принялся звонить профессору, трубку взяла его жена и тихим голосом ответила, что мужа увезла скорая с сердечным приступом. Потом сообщения посыпались со всех концов света, и зазвучало страшное слово — пандемия. Четыре недели! Что такое для лета четыре недели? Когда у всех отпуска, ведь достаточно одному больному человеку пройти паспортный контроль в аэропорту, заразить таможенника и всё! Там каждый день проходят тысячи людей и разлетаются они по сотням стран! Дальше как снежный ком — уже не остановить. Первоначально все, конечно, не так испугались, ведь уже были и атипичная пневмония, и птичий грипп, и свиной, но когда счёт погибших подобрался к миллиону, все засуетились. Я пытался говорить с начальством, требовал вмешаться, но кто бы стал слушать обычного лаборанта! Что самое смешное, мы создали вирус, но антивирус, который тоже был, оказался ни на что не годен! Как такое могло случиться? Настала осень. Руководство лаборатории хранило молчание о причинах пандемии, хотя разработки антивируса шли вовсю, а мир лихорадило. Карантины уже не давали нужного эффекта. Люди сметали с прилавков аптек марлевые повязки по невероятно завышенным ценам, но только от вируса нужна была защита серьёзнее. Помню, в середине сентября смотрел новости, и там молоденькая ведущая дрожащим голосом прочитала информацию о миллионах погибших, о принимаемых мерах, перешла к репортажу о выставке картин какого-то современного художника, а потом со словами: «Какого чёрта, всё равно мы все умрём», вся в слезах выскочила из кадра, секунд тридцать ещё показывали пустую студию и, наконец, ушли на рекламу. Телевидение работало ещё неделю, даже продолжали показывать многочисленные сериалы и развлекательные передачи. Дальше только хуже, как то я вышел в магазин, за продуктами и увидел, как человека забили до смерти, только за то, что тот чихнул. На следующий день ближайший супермаркет просто разграбили. Из лаборатории меня выгнали, сказали, что не смогу помочь, а только мешаюсь. На улицах стреляли. Я неделю просидел в квартире, ни куда не ходил, боялся, а потом почуял запах, точнее вонь, вонь разлагающихся тел. Телевизор молчал, радио тоже, интернет ещё работал, но там было ещё страшнее, везде одно и то же — смерть. Через сутки отключился свет, затем газ и вода. Я замотал лицо полотенцем и отправился к своему отцу. Отношения у нас были напряженные. В учёных кругах его считали чокнутым из-за невероятных, порой фантастических идей. Конец света, чем не повод помириться с папой! Он жил в этом доме, бункер построил и проводил тут исследования, чтобы не видел никто. Обнаружил его здесь, больным. Просил прощения. Через день отец умер у меня на руках, но перед этим успел рассказать о своей работе. Я тогда целый год наружу не вылезал, изучал его записи, чертежи, весь склад был забит консервами и другими полезными вещами, хватало с лихвой. Когда первый раз выбрался из бункера, надеялся, что увижу прежний мир, целый и невредимый, живой, но всё оказалось по старому. Думал уйти, искать людей, но не решился бросить лабораторию. Вот так ребятки...

В комнате воцарилась тишина. Хотя многие слова в речи старика остались непонятны, история произвела неизгладимое впечатление. Простая мысль: «Всего можно было избежать!», крепко засела в голове и не давала покоя.

— Как же ты тут один жил? — подал голос Сашка.

— Вот так и жил, — старик взглянул на гостей влажными глазами. — Тяжело, конечно, особенно первое время, а потом привык. С головой ушёл в работу, исследования. Как речь человеческую не забыл, сам не знаю, говорил со статуями, картинами и сам с собой. Верил, что смогу завершить начатое отцом и всё изменится.

— А что твой отец начал? — в парне взыграло любопытство, и он не удержался от вопроса.

— Знаете что, об этом завтра расскажу. Устал я. Да и вам отдохнуть с дороги не помешает. Ложитесь тут на диване. Можете душ принять, только воду особо не лейте, мало осталось. — Старик поднялся и пошаркал на кухню.

Свечи затушили, и комната погрузилась в темноту. Борис лежал и смотрел в потолок, сон не шёл. Какого это, жить среди сотен, миллионов людей, а потом вдруг оказаться одному? Шестьдесят семь лет в мёртвом городе! Представить это, и то страшно. Забрать бы старика к себе в деревню, только вот путь не близкий, пешком он не дойдёт. Не оставлять же его тут!

На противоположном конце дивана заворочался Сашка. Ему снился Город, все улицы которого усеяны трупами, а по ним, опираясь на кривую трость, идёт дряхлый старик, из глаз его текут слёзы.

Сашка проснулся и долгое время не мог понять, где находится. Наконец в памяти всплыли события вчерашнего дня. Долгожданный приход в Город, встреча с Антоном Михайловичем, его история. Парень сел и потянулся, силясь вспомнить, что за сон видел. Но как ни старался, подробности постоянно ускользали, оставляя неприятный осадок.

Старик гремел на кухне посудой. Борис сидел за столом и листал книгу:

— Что проснулся? Давай сюда, завтракать будем.

На столе уже красовались три чашки и тарелка с красной густой субстанцией.

— Пейте чай, вот варенье. Сахара нет, я туда мёд добавляю. У меня за домом улей. Чему я только не научился! Книг полно осталось. Видите, какую библиотеку собрал!

Варенье оказалось очень вкусным. Какое оно с сахаром, никто из гостей не знал, поэтому и сравнить не могли.

— Спасибо, отличный у тебя чай, — поблагодарил Борис, ставя на стол пустую чашку.

Старик вертел в руках чайную ложку, словно сильно нервничал, а потом спросил:

— Вы бы хотели всё изменить?

— Всё — это что? — не понял Сашка.

— Ну всё это, — Антон Михайлович обвёл бункер рукой. — Если у вас появится шанс отменить Судный день, вы им воспользуетесь?

— А это возможно? — осторожно поинтересовался Борис, подозревая, что старик сошёл с ума.

— Возможно. Мой отец занимался созданием машины времени, а я закончил и теперь она в рабочем состоянии.

Мужчина откинулся на спинку стула и задумался. Он в детстве читал книгу, про путешествие во времени, но это же фантастика, в реальности такое не возможно! Вернуться в прошлое и остановить распространение вируса — заманчивая перспектива. Хотя Борис никогда и не жил той, другой жизнью, но всегда мечтал сходить в кино и полетать на самолёте.

— Вы мне не верите, — Антон Михайлович положил ложку на стол.

— В это сложно поверить.

— Но, тем не менее, это чистая правда. Пойдёмте, я покажу, — старик поднялся и засеменил в сторону лаборатории.

Гости поспешили следом. Хозяин толкнул дверь, свеча в его руке осветила помещение, заставленное компьютерами, непонятными приборами.

— Тут везде провода, не споткнитесь и, пожалуйста, ничего не трогайте! А вот и моё детище, — старик указал на дальний конец комнаты. Машина времени напоминала шкаф, высотой два и шириной один метр, без двери. Все грани украшали лампочки, стеклянные трубки и пучки проводов.

Антом Михайлович направился к одному из мониторов и, бормоча себе под нос, принялся вглядываться в неясные символы:

— Так я и думал, аккумуляторы полностью заряжены. Можно приступать.

— Эй, постой, к чему приступать? — Заволновался Борис, всё больше сомневающийся во вменяемости старика.

— К путешествию во времени, конечно! Я отправлю вас двоих в две тысячи двенадцатый год, за день до катастрофы, и вы всё исправите!

— Неужели этот шкаф на такое способен? — усмехнулся Сашка.

— Молодой человек, этот шкаф, как вы изволили выразиться, плод трудов всей моей жизни — величайшее изобретение за всю историю человечества!

— Почему бы тебе самому туда не залезть и не отправиться в прошлое? — не унимался парень.

— Я бы с радостью! Но стар уже, ноги не ходят, а как человек переносит путешествия во времени не известно! Экспериментов-то не проводилось! А вы молодые, полны сил. Надо торопиться!

— Да зачем так спешить? Никуда прошлое не денется!

— Понимаете, чем дальше надо отправит человека в прошлое, тем больше энергии на это надо! Я всё рассчитал, сейчас ветряк справляется, но завтра уже может быть поздно! Но есть ещё одна проблема.

— Какая? — хором спросили гости.

— Вы. Вы же ничего не знаете о том мире.

— Мне отец много рассказывал, — возразил Борис.

— Слушать истории это одно, а увидеть своими глазами, жить там — это совершенно другое! Вы не знаете многих элементарных вещей!

— Мы справимся! — Борис вдруг понял, что верит старику, не смотря на всю безумность самого факта существования машины времени.

— Понимаете, я бы и сам с радостью отправился, но полностью закончил над ней работу только пять лет назад. Хотел воспользоваться, но боялся, что не смогу. Старый стал, кости болели. Шестым чувством знал, что придут люди, что не один на земле. Вас ждал, и дождался! Теперь слушайте, я долго думал, как предотвратить крушение и понял — вертолёт просто не должен взлететь! А для этого надо задержать пилота, но так, чтобы в лаборатории раньше времени ничего не заподозрили. Пока будут искать нового, пройдёт время, вспышка кончится и всё, мир спасён! Тут вся нужная информация, — старик протянул Борису толстый бумажный пакет. — У меня бессонница, вот и сидел, вам инструкции готовил. Там карта города, на ней отмечено, где вы появитесь, где живёт пилот, и местоположение лаборатории. Фото также прилагается. Ещё там есть конверт, если вдруг ничего не получится, отправите его мне молодому, адрес уже написан. Я все эти годы ведь не только машину времени делал, но и антивирус разрабатывал. Внутри вся подробная информация.

— А как отравить? — поинтересовался Сашка.

— Ну да, вы же не в курсе. Найдёте здание, на нём написано — почта, зайдёте внутрь, там тётечки сидят, подойдёте к ним. Скажите, что хотите отправить заказное письмо, а то если обычным ещё затеряется. Заплатите, сколько скажут. Теперь о бытовых, так сказать, мелочах. Надо вам одежду подобрать, а то в таком виде вас могут или в полицию забрать, или в психушку. На складе найдём что-нибудь. Ножи свои придётся оставить, хотя... можете взять, но в рюкзак спрячьте. Я решил вас переместить в Центральный парк, ну лес, только ухоженный. Там ваше появление не привлечёт внимания. Выход, надеюсь, найдёте. До дома пилота лучше всего добраться на такси, такие машины у них на крыше кусок пластмассы с квадратиками. Скажете водителю адрес, и он вас с комфортом довезёт. Ещё одна прелесть нашего мира — деньги, — старик достал из ящика стола ещё один конверт. — Этими бумажками будете за всё расплачиваться, за такси, за письмо, если вдруг. Еду в магазине тоже на них покупаете.

— Еду? В магазине? — Борис не понимал о чём идёт речь.

— В наше время еду не ловили в лесу, по крайней мере те кто живёт в городе, а ходили в магазин, здание такое. На нём обычно писали: магазин, продукты, или супермаркет. Заходите, там на полках лежит еда, выбираете, идёте к кассе, даёте деньги и уходите. Хотя зачем вам такие сложности, можете и с собой взять перекусить. Костёр в городе не вздумайте разводить! Нужду справляйте где-нибудь втихаря, чтобы не увидел ни кто, а то в полицию заберут.

— Да что за полиция такая? — всплеснул руками Сашка.

— Были такие люди, за порядком следили. Им на глаза лучше не попадаться, ведь документов у вас нет. Главное ведите себя спокойно и не привлекайте внимания. Что ещё... Дорогу надо переходить только в определённых местах, где широкие белые полосы нарисованы, там ещё светофор стоит, на нём человечек нарисован. Если человечек красный — стоите, если зелёный — идёте, но по сторонам посмотрите, а то полно придурков, которые правила не соблюдают. Поняли?

— Ага, — но по лицам старику стало ясно, что если собеседники что-то и поняли, то далеко не всё.

— Короче, смотрите на окружающих людей, сориентируетесь.

— А как нам пилота задержать? — спросил Борис.

— Полёт вертолёта назначен на тринадцать часов сорок минут, ехать от дома до лаборатории часа полтора, это если без пробок. Лучше всего его подкараулить в подъезде. На улице вход в подвал. Дверь может быть закрыта на замок, но, думаю, вы справитесь. Хватаете пилота, можно, конечно, по голове стукнуть, но не сильно, вам же его не убить надо. Затащите в подвал и ждите, как время вспышке пройдёт, можете отпускать. А сами возвращаетесь.

— Дед, я вот что подумал, — Борис в задумчивости почесал затылок. — Если мы вернёмся в прошлое и изменим его, то куда мы возвратимся потом?

— Соображаешь. Тут ещё одна проблема. В теории если вам удастся изменить события прошлого, то соответственно поменяется то будущее, откуда вы прибыли. И, опять же теоретически, вы двое можете вообще не родиться. Но возможно, когда вы пройдете через временной контур, то станете, самостоятельной ветвью времени, и любые изменения в прошлом и, соответственно в будущем, вас не коснуться!

— Что-то я ничего не понял, — Борис уставился на старика. — Мы исчезнем или нет?

— Я думаю нет. На вас будут надеты вот эти браслеты, — Антон Михайлович указал на стол. Там лежали два браслета шириной пять и толщиной один сантиметр. На гладкой серой поверхности виднелся маленький экран и круглая кнопка. — С их помощью вы вернётесь назад (надо только нажать на кнопку). Но помните, их аккумуляторов хватит на трое суток, если за это время не успеете, останетесь в прошлом навсегда. Я знаю, есть определённый риск, но ведь шанс спасти миллионы жизней того стоит!

Борис замер в нерешительности. Предстояло принять важное решение. Ведь старик сам признался, что не уверен в их удачном возвращении. С другой стороны отдать свою жизнь и подарить шанс миллионам. Мужчина вспомнил отца, его крики перед чёрным телевизором, потерянный взгляд. Человек заслуживает большего, даже ради этого призрачного счастья стоит рискнуть.

— Я готов, — ответил Борис твёрдым голосом.

— Я тоже, — поспешно отозвался Сашка, словно боялся, что его оставят и не возьмут в увлекательное путешествие.

Антон Михайлович проводил друзей на склад и долго рылся в ящике, выбирая подходящую одежду.

— Ну вот, теперь вас мама родная не узнает, — старик с удовольствием разглядывал результаты перевоплощения. Борису достались льняные брюки тёмно-серого цвета и такая же рубашка с короткими рукавами, на ногах лёгкие сандалии. Сашка облачился в черные шорты до колен и синюю майку с нарисованной на груди оскаленной собачьей мордой.

— Вы так ходили? — мужчина с сомнением рассматривал отражение в зеркале.

— Конечно, так вы внимания не привлечёте. Да, вот вам еще под вещи, — хозяин протянул два рюкзака. — А то ваши такие потрёпанные, словно с помойки.

Вернулись в лабораторию, и старик принялся печатать на клавиатуре, бегать от одного монитора к другому, бурча под нос непонятные слова. Потом он схватил со стола два браслета и защелкнул их на правых руках путешественников. Экранчик тут же мигнул, и на нём появились два ряда цифр:

— Вот смотрите, вверху будет показывать местное время, я всё настроил, а внизу таймер, показывает, сколько времени до полной разрядки аккумулятора. Чтобы вернуться, нажмите кнопку. Будьте осторожны. Ну всё, становитесь на платформу. Лучше закройте глаза, от греха подальше.

Борис шагнул в «шкаф», Сашка следом. Оба сильно волновались, но старались не показывать чувства друг другу. Как же быстро развивались события! Только вчера вошли в мёртвый город, а теперь собираются вернуться в прошлое. Где-то, на самом краю сознания, вертелась мысль: «Всё происходящее — невероятный сон, наступит утро и история завершиться».

Старик продолжал нажимать кнопки. Вдруг под полом загудело, сбоку и сверху замигали разноцветные лампочки. Стенки машины времени завибрировали. Окружающее пространство заполнили гул и метания яркого света. И вдруг в один момент комната погрузилась в кромешную темноту, но Борис с Сашкой этого уже не видели, потому что их просто не было, по крайней мере, здесь и сейчас.

Глава 3

Время назад

Борис стоял крепко зажмурившись. Осознавал, что нужно открыть глаза, но боялся, а если перед ними окажется тот же подвал? До слуха долетел весёлый щебет птиц. Мужчина с каждой секундой замечал новые и новые изменения: голову припекало, нос уловил запахи зелёного леса, да и под ногами не твёрдый пол, а мягкая трава! Неужели получилось? Борис, боясь спугнуть наваждение, медленно разомкнул веки и чуть не закричал от восторга. Он в лесу! В летнем лесу! Рядом стоял Сашка и с открытым ртом озирался по сторонам. У них получилось!

— Обалдеть, — вымолвил парень.

— Верно подмечено. Надо искать выход из леса, а потом такси, — Борис не желал терять время.

Немного помявшись, какое направление выбрать, двинулись в путь. Через несколько минут вышли на тропинку и дальше шли по ней. Вскоре она сменилась хорошо асфальтированной дорогой. Борис начал сомневаться, а туда ли они попали, ведь никаких людей не видно. Тут впереди показались две молоденькие девушки, которые весело смеялись, на двух людей незнакомки не обратили ни какого внимания.

— Мы действительно в прошлом, — зашептал Сашка.

— А ты сомневался?

— Я вот подумал, почему чтобы отправить нас в прошлое, нужен такой здоровый шкаф, а чтобы вернуть обратно — такие маленькие браслеты?

— Ну ты и загнул. Разве я это придумал?

Навстречу попадалось всё больше и больше людей: мамы с детьми, пожилые пары, одинокие мужчины и женщины. Все спокойно шли мимо по своим делам и едва ли удостаивали незнакомцев взглядом. Деревья расступились, и изумлённому взору путешественников открылось невероятное зрелище: ярко раскрашенные домики, люди с цветными шарами, всех возможных форм и карусели. Не Борис ни Сашка не знали, что это такое, но как завороженные следили за быстро вращающимися сидениями, бегущими по кругу паровозиками, раскачивающимися лодочками и визжащими от радости детьми.

На то, чтобы найти выход, потребовалось около двух часов. Миновав большие кованые ворота, друзья вновь замерли. Перед ними был Город. Высокие дома поражали своей красотой, чистые, с целыми стёклами и такие... живые. По проходящей недалеко дороге проносились машины, сверкающие яркой новой краской. Уши заложило от стоящего вокруг шума: гудки автомобилей, крики людей, летящая откуда-то сверху музыка.

Борис принялся озираться в поисках такси, взгляд зацепился за маленькую округлую машину, стоящую неподалёку. На крыше у неё крепилась продолговатая жёлтая коробочка с чёрными квадратиками. Мужчина дёрнул парня за руку и зашагал к водителю, который стоял около открытой дверцы и курил.

— Нам надо вот сюда, — Борис протянул заранее заготовленную бумажку с адресом.

— Сделаем, у меня счётчик, а то пробки, сами знаете.

Что они должны были знать, Сашка не понял, и, подталкиваемый напарником, залез на заднее сидение. Двери закрылись, автомобиль тронулся.

Как же много народу находилось на улицах! Дети и взрослые, мужчины и женщины, все в разных одеждах, все куда-то спешат. Сколько надо овощей вырастить, чтобы прокормить такую толпу? Это же ни одного поля не хватит! За окном проносились витрины магазинов, в них мелькали нарядно одетые люди, игрушки, цветы, различная техника. Нигде не бегали животные, лишь иногда встречались собаки, но прохожие держали их на верёвке. Дороги просто забиты машинами, и как водители решают, кто куда должен ехать? От звуков и мельтешения перед глазами закружилась голова. Сашка откинулся на спинку сидения, почувствовав, как к горлу подступил комок.

— Ты чего? — Борис озабочено взглянул на друга.

— Мне плохо, — прошептал тот в ответ.

— Эй, — водитель настороженно посмотрел в зеркало заднего вида. — Ты мне только блевать не вздумай. Уже почти приехали.

Машина завернула во двор и остановилась:

— Вылезайте, с вас четыреста пятьдесят рублей.

Борис полез в рюкзак и достал бумажку, где красовалась цифра пятьсот.

— У меня сдачи не будет, — протянул водитель, принимая купюру.

Мужчина хотел спросить, что за сдача, но увидел бледное лицо товарища и поспешил вытащить его на улицу. Как оказалось вовремя, Сашку стошнило прямо на асфальт. Борис захлопнул автомобильную дверь, и водитель умчался, получив неплохие чаевые.

Парень стоял некоторое время согнувшись, потом распрямился и виновато посмотрел в лицо напарника:

— Даже не знаю, что это со мной случилось.

— Не переживай. Теперь как чувствуешь?

— Вроде ничего. Голова только болит немного.

— А у меня уши закладывает, столько шума. Не боись, прорвёмся, — Борис хлопнул друга по плечу, от чего тот робко улыбнулся.

Двор представлял собой квадрат, с четырёх сторон обнесённый высотками. Конечно, здания стояли не сплошняком, и между ними оставались промежутки для проезда транспорта. Миниатюрные клумбы пестрели благоухающими цветами. Детские качели и горки сверкали свежей краской. Город словно пытался показать себя перед путешественниками во всей красе.

— Здесь всё такое... такое... — Сашка замолчал, не в силах найти подходящих слов.

— Надо прекращать стоять столбом, иначе привлечём к себе внимание.

— А что делать будем?

— Для начала найдём дом и квартиру этого пилота, надо же знать, где устраивать засаду, — Борис огляделся, выискивая таблички с номером.

Около двух часов ушли на поиск нужного подъезда и способов проникновения внутрь. Понаблюдав за входящими и выходящими, выяснили для того чтобы открыть дверь, необходимо на специальной панели нажать ряд цифр. Борис с детства отличался зорким зрением и поэтому смог разглядеть нужную комбинацию. Подвал обнаружился рядом, к счастью не запертый.

Чтобы не вызывать подозрения у жильцов, решили прогуляться, посмотреть местные достопримечательности. Далеко отходить не хотели — боялись заблудиться. Первым попавшимся магазином оказался продуктовый, большая вывеска так и гласила: «Продукты», с красным улыбающимся помидором вместо буквы «о». Внутри они бродили около получаса, разглядывая прилавки и читая надписи на ценниках: колбаса, балык, сосиски, сардельки, паштет, глазированные сырки, йогурт, кефир, ряженка, сливки, сухарики, шоколад, конфеты — большинство названий совершенно не знакомые. Голова шла кругом от такого разнообразия. Когда два посетителя только вошли в магазин, скучающий продавец не обратила на них абсолютно ни какого внимания. Как только они стали с огромным удивлением рассматривать товары, женщина заинтересовалась странной парочкой, а по прошествии получаса насторожилась и, не выдержав, спросила:

— Эй, вам тут не музей, покупать что-нибудь будете?

Борис выпрямился. «Действительно, выглядим очень странно. Надо бы взять продукты, а то ещё позовет полицию, и нас заберут в тюрьму». Мужчина наугад выбрал несколько товаров, Сашка добавил к списку ещё кое-что, ориентируясь в большей степени на картинки и необычную форму.

— Вам пакет нужен? — и посмотрев на непонимающие лица покупателей уточнила. — Куда продукты складывать будете? Не в руках же понесёте?

— Да... Нужен, — Борис, наконец, сообразил, что от него хотят.

Расплатившись, друзья покинули магазин. Продавец вздохнула с облегчением. Странные всё-таки клиенты попались.

— Кажется, мы ей не понравились, — поделился наблюдением Сашка.

— Просто мы слишком долго всё разглядывали, а здесь это не принято. Необходимо быть осторожными. Меня волнует другой вопрос, — мужчина встряхнул пакет с покупками. — Что со всем этим делать?

— Разберёмся.

Следующим, попавшимся на пути, оказался магазин бытовой техники. Вывеска ничего толком не объясняла. Путешественников привлекли выставленные на витринах телевизоры, которые работали! На экранах ходили люди, ездили автомобили, или бегали животные. Мимо такого великолепия пройти невозможно! Как только оказались внутри, сразу же подошёл молодой человек в чёрных брюках, белой рубашке и спросил:

— Чем могу вам помочь?

— А можно мы просто посмотрим? — осторожно поинтересовался Борис.

— Конечно, если возникнут вопросы — обращайтесь!

Друзья, разумеется, знали, что такое техника, в деревне имелось достаточно таких экземпляров, правда уже давно не работающих и имевших сильно потрёпанный вид. Здесь же всё сверкало и блестело.

— Давай возьмём что-нибудь, в деревню, — зашептал Сашка.

— Зачем? У нас это не будет работать. Вон у меня дома телевизор стоит и ничего не показывает.

— А здесь тогда почему показывает?

— Технике нужна энергия, а в нашей деревне её нет, — поведал Борис, услышанное когда-то от отца пояснение. — И вообще, мы же всё исправим, и у нас этого добра будет навалом.

Друзья ещё минут пятнадцать ходили между витринами с товаром, а потом покинули магазин, не желая возбуждать подозрения и совершать ненужные покупки.

Впечатлений на первый день — более чем достаточно, поэтому приняли решение вернуться к дому пилота. Борису пришла мысль, что лучше посидеть в соседнем дворе, а когда стемнеет — отправиться к подвалу и переночевать уже там. Нечего маячить долго на одном месте.

Устроившись на деревянной скамейке, путешественники принялись рассматривать купленное в продуктовом магазине.

— А что такое глютамат натрия? — спросил Сашка, держа в руках пластиковую баночку с нарисованной вишней.

— Понятия не имею. Я вообще не уверен, что всё это можно есть! — Мужчина вертел палку тёмно-розового цвета и читал нанесённые сверху надписи.

— Но это же продукты!

— Ага, только не пойму какие.

Сашка отложил баночку и достал связку, кажется, в магазине это называлось сосисками. Попробовал надкусить, но не получилось — верхний слой оказался очень прочным, хоть и гибким. Парень подумал и поковырял его пальцем. Неожиданно оболочка надорвалась и легко сошла тонкой плёнкой. Довольный собой, он откусил почти половину.

— Вкусно, попробуй, — Сашка протянул связку Борису.

— Нет, боюсь я это есть.

— Ну как хочешь.

Парень слопал три штуки, затем открыл баночку с загадочной надписью «йогурт», опустошил и её. Далее дошла очередь до глазированного сырка. Потом подумал и взял бутылку с ярко-оранжевой жидкостью.

— Ты будешь это пить? — удивился Борис.

— А что?

— Да ты надписи почитай! Не одного понятного слова!

— Но люди на улице пили, я видел!

Сашка поджал губы и схватился за пробку. Та держалась очень плотно, но при небольшом усилии поддалась. Из бутылки раздалось зловещее шипение. Парень замер и спустя несколько секунд продолжил. Поднёс тару ко рту и сделал большой глоток.

— Здорово! — вынес он вердикт. — Надо с собой взять.

Борис смотрел на молодого и подумал: «Похоже, малец не до конца осознал смысл нашей мисси и, то на сколько всё опасно для нас».

Ночь спустилась на землю, и путешественников ждал ещё один сюрприз. Город не погрузился в темноту, как они ожидали. Свет лился из окон домов, с больших столбов, от проезжающих мимо машин. Друзья подошли к нужному подъезду, огляделись по сторонам и, никого не обнаружив, спустились в подвал. Внизу оказалось очень темно. Пришлось передвигаться на ощупь.

Летом светает рано, поэтому, чтобы не пропустить наступление утра, решили спать по очереди, каждый по три часа. Первым вызвался дежурить Борис. Сашка с радостью согласился, но заснуть так и не смог. Парня мучили боли в животе и тошнота, иногда казалось — кишки завязали в тугой узел. Только под утро, когда через отверстие под потолком проникли первые лучи солнца, его самочувствие немного улучшилось.

— Слушай внимательно. Заходим в подъезд и ждём, когда он появится, затем я его вырубаю, затаскиваем в подвал и там держим, пока вспышка не кончится.

— А если нас кто увидит?

— Не увидит. Будем внимательны.

Около семи утра пилот вышел из квартиры и стал спускаться по лестнице вниз. Когда объект наблюдения оказался на первом этаже, Борис выскочил прямо перед ним и врезал кулаком в лицо. Пострадавший без сознания рухнул на бетонный пол.

— Он живой? — Прошептал Сашка.

— Дышит. Выгляни на улицу, нет ли там кого? И сумку его возьми, — Борис кивнул на увесистый багаж рядом с пилотом.

Людей во дворе не было. Путешественники подхватили безвольное тело и потащили его в подвал. Там они связали пленника заранее заготовленной верёвкой и принялись ждать.

Борис ликовал. Им удалось изменить будущее! Миллионы жизней спасены! В тоже время его терзал страх за себя и за деревню. Один вопрос ни как не давал покоя: «Что будет дальше?»

Прошло четыре часа, прежде чем пилот начал приходить в сознание и, обнаружив себя связанным, не очень обрадовался.

— Эй, что происходит? Вы кто такие?

— Сиди тихо. Мы не причиним тебе вред. Пройдёт время и ты свободен, — отозвался Борис.

— Что вам надо? Денег? У меня в сумке есть, возьмите!

— Нам не нужны деньги. Сиди тихо или засуну в рот кляп.

Пленник угомонился, не желая усугублять своё положение.

Время тянулось медленно. Сашка маялся, не зная чем себя занять, и принялся ходить туда-сюда. Затем посмотрел на часы, уже тринадцать двадцать — скоро всё закончится.

— Послушайте, мужики. Зачем я вам сдался? У меня же рейс! Мне надо в аэропорт! Мне лететь надо!

— Все полёты в аэропортах отменены из-за вспышки, — вспомни Борис слова старика и вдруг вскочил, поражённый страшной догадкой. — Ты разве должен лететь из аэропорта?

— А откуда? — пленника озадачил такой вопрос.

— Ты должен везти вирус на вертолёте! Он взлетел с территории лаборатории!

— Какой вирус, какой вертолёт, какая лаборатория? Вы о чём?

— Ты сегодня в тринадцать сорок полетишь на вертолёте из одной лаборатории в другую.

— Мужики, я вертолётом сроду не управлял! Это мой брат пилот!

— Но это же ты на фотографии, — мужчина сунул под нос пленнику снимок.

— Это мой брат, мы близнецы, похожи как две капли воды. Я живу в другом городе, приехал погостить, сегодня должен был улетать. Брат хотел меня проводить в аэропорт, но ему назначили срочный рейс, и он остался дома.

Борис прислонился к стене и с бледным лицом сполз на пол. Они взяли не того!

— Это что не пилот? — Сашка замер и уставился на пленника. Ответа не последовало. Как так получилось? Они перепутали! Происходящее не укладывалось в голове. — Мы не справились...

— Остался запасной вариант. — Борис встал, взглянул на связанного и кинул в метре от него нож. — Когда уйдём — перережешь верёвки.

Быстро схватив рюкзаки, путешественники выбежали из подвала. Необходимо срочно найти почту и отправить заказное письмо — единственный шанс миллионов на спасение.

На помощь пришло такси, которые, кажется, сновали повсюду. Водитель быстро понял желание клиентов и повёз их на главпочтамт. Не самое близкое почтовое отделение, но пассажиры этого не знали. В этот раз не хотелось смотреть в окно и удивляться местным чудесам — настроение отвратительное.

Тем временем в городе начался хаос. Отключились светофоры, спровоцировав тем самым множество аварий. Радио не работало, на всех волнах помехи.

К назначенному месту подъехали только спустя три с половиной часа. Водитель назвал сумму и очень удивился, когда клиенты молча отсчитали купюры и, не дождавшись сдачи, вылезли из машины.

В помещении почты царило оживление. Необходимое окошко отыскалось не сразу. Пришлось отстоять длинную очередь. Наконец, уставшая девушка приняла письмо, выслушав пожелания, наклеила на конверт несколько марок, взяла плату и выдала Борису длинную узкую ленту, испещрённую маленькими цифрами и буквами.

Путешественники вышли в душный вечер. Они сделали всё возможное и надо возвращаться. Очень хотелось увидеть родную деревню, такую тихую и спокойную, без гудящих автомобилей и огромной толпы народа. В тоже время сердце сковывал страх, страх вернуться и не найти дома или, что ещё хуже, не найти ничего.

Оттягивать момент бессмысленно. Путешественники свернули в тихий безлюдный переулок и встали друг напротив друга.

— Борис, я боюсь, — признался в своих чувствах Сашка. — Я очень хочу домой.

— Я тоже очень боюсь, но тут нам не место. Готов? — и, получив утвердительный кивок, закрыл глаза. Палец замер над заветной кнопкой. Что им удалось изменить? Какой мир их ждёт? Это можно узнать только одним способом. Борис зажмурился сильнее. Пора.

Тихий хлопок и секундную вспышку света никто не заметил, кроме серой крысы, метнувшейся за мусорный бак.

Глава 4

Новый мир

Борису казалось, что он ослеп, и лишь спустя несколько секунд пришла мысль — возможно в подвале просто нет света.

— Мы вернулись? — Саша стоял рядом.

— Да, кажется.

— Тогда почему темно?

— Потому что мы в подвале. Сейчас, подожди, — послышалось шуршание открывающегося рюкзака, через минуту в руке Бориса загорелась свеча.

— А мы точно там где надо? — Сашка с сомнением огляделся. Сомневался он не зря. Подвал был пуст, ни компьютеров, ни извивающихся проводов, ни даже шкафа машины времени!

Мужчина прошёлся вдоль стены:

— Пошли к выходу. Не нравится мне всё это.

Около двери обнаружилась одиноко стоящая тумбочка, а на ней лежал конверт, завёрнутый в целлофановый пакет. Борис осторожно взял его в руки:

— Значит так, сейчас поднимаемся наверх, а дальше решим.

Следующая комната тоже оказалась пуста. Кто и зачем вынес все вещи? Где хозяин? Вопросы не давали покоя. Поднялись по лестнице и упёрлись в закрытую дверь. Сашка протиснулся вперёд и надавил на створки. Они не поддавались, словно нечто держало их. Парень напрягся и толкнул сильнее, послышался хруст и треск ломающихся веток. Внутрь хлынул солнечный свет, заставив зажмуриться.

Вокруг шумели деревья и щебетали птицы. Полуразвалившегося дома не существовало, на его месте росло несколько клёнов, с уже желтеющими листьями. Под густой травой с трудом угадывались кирпичи. Исчезла калитка и тропинка, по которой они сюда пришли.

— Так, — Борис опустился на землю. — Давай почитаем, что за письмо нам тут оставили.

В конверте лежал сложенный белый листок, исписанный ровным аккуратным текстом:

«Если вы это читаете, значит, вы вернулись. История изменилась, но результат оказался весьма необычен. Хотя, кому как. Начну сначала. Так как вам не удалось задержать пилота, вертолёт с вирусом потерпел крушение, люди заразились. Благодаря формуле, которую я получил, в лаборатории создали антивирус. К этому времени погибло уже около пятисот тысяч человек. Лекарство было найдено, и мир возликовал, болезнь побеждена. Только вот радовались рано. Спустя четыре месяца обнаружились неожиданные побочные эффекты. Люди бились в конвульсиях, покрывались сыпью. Сначала — это восприняли как новую болезнь, и лишь при детальном исследовании выяснилась правда. Лекарство защитило планету от смертельного вируса, но не прекратило своего влияния на организм человека. Девяносто восемь процентов населения погибло, но оставшиеся два процента изменились. Они шагнули на новую ступень эволюции. Внутри нас открылись невиданные доселе возможности. Знаете, что наш мозг работает только на четыре процента? Теперь же он заработал на все сто! Что это дало? Телепатия, телекинез. Что это я, вы же не знаете этих слов. Попробую проще: общение мыслями на большом расстоянии, способность передвигать предметы усилием воли, не прикасаясь к ним, регулировать процессы, протекающие в организме, заживлять раны и излечивать болезни, даже управлять ростом травы и деревьев! Я подозреваю — это далеко не всё. Мы — новая цивилизация и, с такими возможностями, построим новый прекрасный мир, без химических заводов, отравляющих землю, без ядерных бомб и гонки вооружений, с зелёными лесами и кристально чистыми морями и океанами. Вы преподнесли планете потрясающий подарок — возможность начать жизнь заново. Хотя мы прилично загадили наш голубой шарик, с новыми способностями справимся без проблем! И последнее, я не посмею лишить вас шанса стать членами нового общества. В тумбочке, на которой лежит письмо, есть чемоданчик, там два шприца с антивирусом и подробная инструкция, как сделать укол. Удачи!»

Друзья сидели пять минут не в силах пошевелиться. Смысл письма постепенно доходил до сознания. Даже прохладная погода не ощущалась. Борис молча встал, зажег погасшую свечу и спустился вниз. Спустя некоторое время вернулся, неся в руке маленький серый чемоданчик. Внутри лежали два шприца с мутноватой жёлтой жидкостью и тоненькая книжка с подробнейшими инструкциями и картинками.

— Ну что, — Борис посмотрел на младшего товарища. — Поднимемся на новую ступень эволюции?

— Давай, а то я уже замёрз, — усмехнулся Сашка.

Игла легко вошла под кожу. Пальцы надавили на поршень, и антивирус проник в кровь. Изменений пока не ощущалось, но это только пока. Они ещё не знакомы с новым миром, но от письма веяло такой радостью, что страх уступил место любопытству. Почему-то друзья были уверены — они окажутся в числе именно двух процентов.