Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

Глава22

Глава23

Глава24

Глава25

Глава26

Глава27

Глава28

Глава29

Глава30

Глава31

Глава32

Глава33

Глава34

Глава35

Глава36

Глава37

Глава38

Глава39

Глава40

Глава41

СЕЗОН ОГНЕННЫХ ДОЖДЕЙ

скачать книгу СЕЗОН ОГНЕННЫХ ДОЖДЕЙ

Уважаемые читатели, здесь вы можете почитать ознакомительную версию романа. Полный текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по цене 49 руб.

Глава 32

Еще мгновение назад туннель был тих и пустынен. Желтоватый свет редких электрических ламп, да пара толстых силовых кабелей, в спешке проложенных прямо по полу, вот то немногое, что отличало его от тысяч точно таких же туннелей, густо изъевших тело красной планеты. Но вмиг все изменилось. В рукотворной пещере вдруг забурлил свирепый черный шторм. Беснующиеся, корчащиеся волны хлынули прямо из стен. Они вмиг заполнили весь каменный коридор от пола до потолка. Однако, пугающая аномалия длилась всего около минуты, не более. Словно насладившись кратковременной свободой, мрак вновь впитался в недра скалы, оставив о себе воспоминания в виде восьми недвижимых фигур, как статуи замерших вокруг одного странного колесного приспособления.

— Мы уже на месте? — в тишине вдруг прозвучал громкий, отдающий машинным акцентом голос.

— На месте, командор. Вы что, сами не видите? — Великий Мастер сделал широкий жест, призывая ящера оглядеться по сторонам.— В дальнейшем соображайте быстрее, а то преспокойно схлопочите пулю.

От этих слов два нейджала попятились и практически одновременно налетели на колесную платформу у себя за спинами. Платформа имела три метра в длину и несла на себе массивный цилиндрический агрегат. Его корпус состоял из отдельных металлических панелей, каждая из которых удерживалась парой легко открывающихся магнитных застежек. Такая конструкция позволяла в считанные секунды раздеть увесистую сигару, тем самым подготовив ее к использованию. Но активацию системы возможно было начать заранее. Панель управления не скрывалась под защитным панцирем. Она была доступна сквозь небольшую квадратную прорезь, специально проделанную в покатой стальной спине.

Заметив, какой эффект произвели его слова, Николай пожалел, что взял нейджалов на дело. А впрочем, разве у него был выбор? Солдат, способных вести бой, и так практически не осталось. Четверка легионеров да Луиза, вот и вся его армия. А если еще из нее вычеркнуть двух-трех бойцов, на которых будет возложена забота о генераторе, то операция точно завершится, едва только начавшись. Нет, «головорезов» он не мог поставить на эту работу! Конечно, оставались еще харририанские инженеры, те самые, которые и смонтировали это чудо техники по его, Мастера, приказу… Но с аборигенами Агавы хлопот не оберешься. Во-первых, они практически не способны понимать другие языки кроме своего родного фа-хри. Попробуй, покомандуй ими в чрезвычайной ситуации. Во-вторых, харририане довольно хилого телосложения. Чтобы толкать платформу, их понадобится полдюжины, никак не меньше. И куда он потом с такой оравой беззащитных штатских? Выходит, нейджалы это все же лучшее, что он мог отыскать в их нынешнем незавидном положении.

— Так, внимание! Всем приготовиться! Сделаем то, ради чего мы сюда пришли,— своим уверенным, полным энергии голосом Великий Мастер стремился разогнать страх и сомнения, которые как черви подтачивали волю его крохотной армии.— «Головорезы», вперед, Луиза в двадцати шагах позади. Вы, Хризик, вместе со своим коллегой пойдете за нами на максимальном удалении, однако так, что бы все же оставаться в зоне видимости. Я все время буду поддерживать с вами мысленный контакт.

Не успел Строгов договорить, как в глубине туннеля что-то заскрежетало и загрохотало. Николай поднял руку, призывая всех к полной тишине. Его команда тут же вскинула оружие, готовая в любой момент открыть огонь.

— Что там? — через несколько бесконечных, тягучих как клейстер секунд прошептал Огюст Моришаль.

— Проходчики. Нарвались на твердую породу.— Мастер невидящим взглядом уставился в пустоту.— Скорее всего, это и есть тот самый минерал, о котором так пекутся кракены.

— Командир, может рискованно оставлять у себя в тылу этих гребанных шахтеров? — Шредер уже в который раз затрагивал эту тему.— Они ведь тоже военные, инженерные войска, полагаю. Как поднимутся, как дадут нам в спину…

— Хватит болтать! — Строгов прикрикнул на чересчур разговорчивого рядового, чей длинный язык мог заставить обгадиться двух «храбрых» ящеров.— Я сказал нет! Так рано светиться нам ни к чему.

Больше с Великим Мастером никто спорить не стал. Группа построилась и бесшумно двинулась вверх по крутому, только что пробитому в скале туннелю. Для проходки применялась какая-то передавая технология. Строгов предположил, что выбранная порода не удалялась из шахты, а размельчалась и со страшной силой впрессовывалась в стены, пол, потолок. Хитро придумано! Ведь в результате этого процесса плотность и твердость окружающей породы возрастала в несколько раз, что бесспорно способствовало прочности самого туннеля. Не удивительно, что кракены пробивались внутрь так долго!

До точки выхода оставалось еще около километра, и отряд продвигался относительно спокойно. Как фронт, так и тыл надежно контролировались системами раннего обнаружения протонных боевых шлемов. Да и чувства Великого Мастера были начеку. Они подсказывали, что ближайшая группа противника — это кордон, выставленный на выходе из подземелья. А до него еще топать и топать!

Воспользовавшись выдавшейся минутой спокойствия, Строгов приотстал от авангарда и подождал, пока его догонит Луиза.

— Ну, ты как? — Николай обнял ее за плечи.— Волнуешься?

Матер понимал, что девушка сейчас чувствует что-то гораздо большее, чем простое волнение, однако, все же спросил «волнуешься?». Пусть слова «страх», «неуверенность», «растерянность» сейчас не приходят ей в голову.

— Немножко,— Луиза взяла винтовку в одну руку, а другой ответила на объятие, в свою очередь притянув к себе Николая.

Хотя Строгов сейчас и думал о них, о их прошлом, о их будущем, но все же его острый внимательный взгляд не мог не отметить, с какой легкостью девушка несла тяжелый рюкзак и полностью снаряженный FAMAS. Как игрушку, как пушинку, чуть ли не двумя пальцами.

Николай постарался отогнать от себя неуместные сейчас мысли. Он ведь хотел поговорить… вернее, поддержать… вернее, попросить прощение за то, что потянул ее с собой.

— Ты правильно сделал, что взял меняя сегодня.

Мастер вздрогнул от того, что Луиза в точности повторила его мысли.

— Думаешь… — Он не знал, было ли это совпадением или девушка почувствовала, поняла, о чем он думает.

— Уверена.

— Ты считаешь, что уже готова? — Мастер метнул на свою возлюбленную быстрый оценивающий взгляд.

Луиза несколько секунд молчала, а затем задумчиво ответила:

— Когда я первый раз встретила Моришаля, он пришел, чтобы помочь мне бежать от агентов «Архангела». Так вот тогда он сказал: «Луиза, быть может, вы единственная надежда Земли». Я тогда не поверила, да и он сам, похоже, не совсем верил. Но вот сейчас мне кажется, что Огюст был в чем-то прав. Не смейся! — Луиза укоризненно взглянула на прищуренные глаза Николая.— Я чувствую… Что-то происходит. Прямо сейчас. Что-то темное рвется наружу. Вы все не замечаете этого, и поэтому я должна… Если не я, то больше некому.

Что ж, это не совсем то, что Николай ожидал, но все равно потянет. Строгов кивнул, одновременно соглашаясь как с самим собой, так и с девушкой. Чувство долга это, конечно, совсем не безудержный боевой порыв, но тоже кое-что. Луиза сделает все, что сможет, а может даже и больше.

— Командир!

До чуткого уха Великого Мастера долетел негромкий окрик идущего впереди Рутова. Капрал остановился, а вместе с ним как вкопанная стала и вся группа.

— Что там? — Строгов поспешил на зов.

— Метров сто от нас, на потолке, прямо по центру. Новый потребитель энергии. И это совсем не лампа.

Какой-нибудь датчик или камера,— предположил Микульский.

— Похоже,— согласился Моришаль.

— Выходит, больше оставаться незамеченными у нас не получится,— Строгов размышлял вслух и в тоже время знакомил группу с планом действий.— Я, естественно, постараюсь прикончить эту штуковину как можно быстрее, но операторы все равно чего-то да углядят. Разложат картинку по кадрам, пропустят через компьютер и выяснят, что в шахте чужие. Так что на выходе из туннеля нас уже будут ждать.— Строгов повернул голову к Алексею Рутову и поинтересовался.— Сколько у нас там до выхода?

— Двести сорок метров, командир.

— Двести сорок это не так много. Не успеют они подтянуть подкрепление. Так что пока будем иметь дело только лишь с охраной. Но она будет начеку.— Тут Николай с досадой покачал головой.— Вот проклятущая камера! Все было бы гораздо проще, не окажись ее здесь!

Только Николай успел это произнести, как словно ожившее эхо от его слов над головой пронесся хлесткий энергетический шквал. Мастер почувствовал его, но понять ничего так и не успел. Его отвлек удивленный возглас Алексея Рутова.

— Господин лейтенант, источник пропал.

— Как пропал? — На доклад капрала первым среагировал Моришаль.

— Пропал и все тут. Погас. Нету его больше на сканере.

— У меня тоже пропал,— подтвердил Шредер.— Будто выключили.

— Я все правильно сделала? — в наступившей тишине женский голос прозвучал неожиданно громко.

Как по команде все «головорезы» обернулись назад. Луиза стояла в пяти шагах от них, все еще держа вытянутую вперед руку.

Да-а-а… — ранее Рутов не видел ничего подобного.

— Хорошая работа, солдат,— Мастер козырнул своей подруге и, не теряя ни секунды, приказал.— Вперед, бегом марш!

Пробегая тот участок, где только что таился маленький электронный шпион, Строгов бросил быстрый взгляд на потолок. Никакой камеры там, конечно, уже не было… ничего не было. Ни ламп, ни вытяжных вентиляторов. Все эти атрибуты прогресса сорвало и зашвырнуло куда-то далеко вперед, в глотку каменного туннеля. Хороший удар! Николай мысленно похвалил Луизу. Оставалось только надеяться, что уничтоженное электрооборудование не долетело до выставленного в туннеле поста.

— Командир,— Шредер поравнялся с Великим Мастером.— Впереди движение. Три объекта вышли нам навстречу.

— Поднажмем,— Строгов понял, что шум в туннеле не остался незамеченным.— Атаковать без команды. Сразу огонь на поражение.

Контакт произошел уже через несколько секунд. Три фигуры в сером камуфляже едва только замаячили в пыльном, подсвеченном желтым светом электрических ламп мареве, как в них тут же ударили огненные росчерки плазменных пуль.

Кто-то из патрульных еще судорожно бился, когда «головорезы» переступали через трупы. Вернее перепрыгивали. Перейти на шаг было непозволительной роскошью, потерей драгоценных секунд. Только бы успеть, только бы не упустить, не разбазарить нокаутирующий эффект неожиданности.

— Тридцать метров! — выкрикнул Рутов, и сразу же после этих слов они увидели дверь, точнее ворота. Тяжелые двухстворчатые металлические ворота, которые закрывались перед самым их носом.

— Луиза, бей! — выкрикнул Николай.— Бей, иначе…

Что будет иначе Строгов так и не договорил. В центр огромной двери словно врезался невидимый многотонный грузовик. Удар оказался столь силен, что ворота, приспособленные открываться наружу, вмиг изменили свою конструкцию и со страшным скрежетом распахнулись вовнутрь. Проход был открыт.

Без потасовки войти не получилось. Как только корсиканцы показались на пороге технического корпуса, по ним открыли огонь. Слабый, безалаберный, неумелый, но все же огонь.

— Мы разберемся! — шедшие в авангарде Рутов со Шредером прыгнули внутрь и, перекатившись, тут же скрылись за ящиками с каким-то, должно быть горным, оборудованием.

— Они разберутся,— Строгов придержал Яна Микульского, готового последовать за боевыми товарищами.— Со своими боевыми шлемами они там всех насквозь видят.

Прогноз командира подтвердился уже через несколько секунд. Под сводами огромного ангара загремели хриплые голоса двух рассерженных FAMASов.

— Все, теперь чисто! — в неожиданно наступившей тишине прозвучал крик Рутова.

— Входим, быстрее!

Строгов подгонял свой отряд. Пока враг ошеломлен и растерян его следует прессовать, крушить и гнать подальше. Стоит только остановиться и увязнуть в перестрелке и все, конец! В район боя как тараканы начнут сползаться мелкие группы охраны из соседних секторов, а за ними того и глядишь подойдут ударные силы. Конечно, они и так подойдут, но только это должно произойти потом, позже, когда «головорезы» проникнут вглубь станции.

Внутри технического корпуса было светло как днем. Хотя почему как? На Воларде сейчас действительно во всю бушевал день. Слепящие лучи солнца били сквозь прозрачную крышу. Первое, что бросилось Мастеру в глаза, были трупы. Их оказалось с полдюжины. Двое военных в камуфляже и бронежилетах, остальные — фигуры в желтых, сделанных из тонкого глянцевого пластика робах и точно таких же желтых касках. Проходчики, без сомнения проходчики. В груди Строгова уже шелохнулась досада за безвинно загубленные души, но тут он разглядел пистолетные кобуры, притороченные к желтым комбинезонам. Да… эти люди вряд ли сдались бы просто так.

И все же гадкое чувство вины осталось. Пытаясь избавиться от него, Николай сосредоточился на осмотре ангара. Он поднял голову и сквозь новенькое еще не запыленное снаружи и не закопченное изнутри стекло увидел голубое небо. Однако небо являлось лишь частью огромной потолочной фрески. На его фоне мрачный художник-авангардист изобразил свое жесткое, грубое, извращенное виденье окружающего мира. Исполинская бетонная стена взмывала ввысь, нависая над казавшимся теперь маленьким и убогим техническим ангаром. Серый искусственный камень жал и давил, вызывая неожиданный приступ клаустрофобии. Строгову показалось, что над ним возвышается огромное горное плато, а он стоит у его подножия, оглушенный, раздавленный, переполненный пониманием своей постыдной ничтожности. Но творцом этого нового Эвереста была отнюдь не природа. На бетонном теле Николай отчетливо видел вздувшиеся вены путепроводов, заплаты гермошлюзов и разинутые пасти ремонтных доков, видел людей — маленькие фигурки, копошащиеся у края бетонных террас.

Зрелище привлекло внимание не только Великого Мастера. Все «головорезы», хотели они того или нет, то и дело косились вверх. Но так не годится! То, что их должно интересовать находится совсем не на потолке.

— Рассосредоточиться! Взять под прицел второй вход!

Суровый, почти разъяренный голос командира возымел немедленное действие. Корсиканцы расселись между контейнеров с горным оборудованием, которых в ангаре оказалось превеликое множество. Строгов указал Микульскому на Луизу и поляк быстро втянул ее под защиту огромного, словно купол готической колокольни конуса. Агрегат находился недалеко от ворот и его, судя по всему, спешно готовили для спуска в шахту.

Все это было сделано очень и очень вовремя, ибо в стальных дверях, ведущих к станции, открылась узкое окошко, из которого высунулось пулеметное дуло. В ту же секунду ударила остервенелая, казавшаяся бесконечной очередь. Пулеметчик патронов не жалел. Очевидно, он хорошо знал где скрываются его противники и от этого бил точно и прицельно. Окажись у стрелка плазменные заряды, поход «головорезов» был бы уже закончен.

Пули рвали все вокруг. По телу Мастера колотили щепки, куски разорванной пластмассы, щебень, выбитый из каменного пола. Но Николай не чувствовал боли и не получал ран. Толстые доспехи, сложенные из прочных молекулярных протеинов, надежно укрывали его тело. Строгову уже в который раз вспомнились слова Нагиры. Харририанский инженер при их первой встрече предположил, что Источник Жизни лишь инструмент, производящий мутации. Какие именно решает не он, решаем мы сами. Изменения идут в сторону недостающих организму функций. Как он был прав, этот маленький четырехрукий мутант! Строгов и впрямь всю свою жизнь мечтал о славе великого воина, непревзойденного, непобедимого, единственного в своем роде. Источник сделал его именно таким — страшной, грозной, созданной для битвы машиной войны. Так неужели сейчас великого воина сможет остановить какой-то жалкий пулемет?!

«Луиза, когда он смолкнет, быстро высаживай дверь».

Отправив мысленный приказ, Строгов даже не стал ждать ответа. Луиза справится. Главное, чтобы справился он.

Мастер рванулся из своего укрытия. Останавливаться нельзя. Сейчас он тень, привидение, призрак, несущий смерть. Прямо на бегу, практически не целясь, Строгов нажал на спуск. Его FAMAS изрыгнул длинную очередь. Пули кучно вошли в дверь. Они зажгли вокруг амбразуры плотное огненное облако, из которого во все стороны полетели брызги расплавленного металла. Что такое сантиметр стали для плазменных пуль? Ничто! С такой же легкостью они прошивают и лист бумаги.

Пулемет вмиг захлебнулся. Николаю даже почудилось, что он услышал удар от оброненного оружия и стук упавшего тела… даже нескольких тел.

«Пора! Луиза! Давай, девочка!»

Строгов ожидал, что вот-вот последует удар, стальные створки вогнет внутрь, и он сходу прыгнет в образовавшуюся дыру, в огонь, в дым, навстречу опасности и смерти. Но ничего такого не произошло. Створки двери плавно и бесшумно расползлись в стороны. Из глубины туннеля, соединяющего технический корпус и станцию, на Николая глянули бесстрастные стеклянные глаза мощного боевого робота.

Обычный человек наверняка оказался бы уже мертв, но Великий Мастер… Он успел увернуться. Ударившая из многоствольного крупнокалиберного пулемета очередь лишь пропорола глубокую борозду в каменном полу, точно в том самом месте, где мгновение назад стоял великий воин.

Цель ускользнула, но робот был не настроен отступать. Он тут же отправился в погоню. Перемалывая гусеницами распластавшиеся на полу тела защитников ворот, машина двинулась вперед.

Механический монстр еще даже не переполз через порог ангара, когда по нему ударил огненный шквал. Казалось пули заполнили все пространство вокруг наступающего робота. Они стаей разъяренных пчел кружились вокруг него, но так и не решались ужалить. Строгов видел это совершенно точно. Ни одна пуля не вонзилась в стальное тело. «Головорезы» словно пугали пришельца, зорко следя за тем, чтобы не причинить ему вреда.

Защита! Какое-то силовое поле,— мелькнуло в голове у лейтенанта. Эта мысль была единственным, что успело родиться в его мозгу. Разум тут же перепугано запнулся, предоставив тело в полное распоряжение рефлексов. Только они, выработанные годами упорных тренировок, прочно вбитые в подкорку мозга могли спасти Николая.

Стальной убийца вновь ловко поймал Строгова в перекрестье электронного прицела. Его оружие наводилось очень быстро, почти так же быстро как двигался и сам Великий Мастер. Два многоствольных крупнокалиберных пулемета это сила, страшная сила! Они раскромсают, разрежут, развеют в пыль все, что находится внутри ангара. От них не будет спасения. И все же Николай попытался. Рванулся, прыгнул, перекатился, встав на одно колено, резко навел ствол винтовки в грудь тяжелой машины. Быть может ему удастся! Быть может защита не в силах отклонить пули, выпущенные практически в упор!

С криком: «Получи, скотина!» Строгов надавил на спуск. Произошло невероятное. Огненные трасы не пробили бронированное тело, они словно ударили его, причем ударили со страшной силой. Получив изуверский апперкот, тяжелая машина оторвалась от земли и, кувыркаясь, улетела внутрь переходного туннеля, именно туда, откуда только что появилась. Мастер был ошеломлен. Не опуская винтовки, он поднялся на ноги и заглянул вглубь тускло освещенного коридора. Робот был там. Вернее там лежало то, что от него осталось — бесформенная масса искореженного железа, которая смачно влипла в бетонную стену космического города.

— Всем вперед!

Громкая команда заставила Николая оглянуться. Моришаль поднимал солдат в атаку. Часть работы была уже сделана, но им оставалось главное — вскрыть проход на станцию. И медлить было нельзя.

— Ты цел? — Луиза бросилась Строгову на шею.— Я так испугалась за тебя.

— Я уже приметил, стоит Луизе перепугаться и у нее сразу здорово получается,— пробегавший рядом Микульский подмигнул девушке.

— Он мог тебя убить,— корсиканка не обратила внимания на едкое замечание поляка.

— Ты бы меня обязательно спасла,— Николай на миг крепко прижал к себе девушку.— Идем, нам надо спешить.

Как они и предполагали, вход на станцию оказался надежно закрыт. Все правильно, все логично, его задраили при первых же выстрелах. Даже не подождали, пока эвакуируются горные рабочие. Безопасность Амалилло стоила несравнимо дороже, чем их жизни. Так что как ни хороши были «головорезы», они все равно вряд ли успели бы войти. Правда корсиканцы на это и не рассчитывали. Их план состоял совсем в другом.

— Крепите взрывчатку, живо! — прокричал Моришаль, скидывая со своих плеч двадцатикилограммовый баул.

Пять человек тут же последовали его примеру. Строгов, Микульский, Рутов, Шредер и Луиза приникли к краям мощных гермоворот. Они запихивали взрывчатку под массивный защитный обод, а затем намертво крепили ее полосками молекулярного скотча. Аммоналовые шашки входили в спецкомплекты спасательных шлюпок и корсиканцы нашли этому арсеналу достойное применение.

— Шредер, подключай детонаторы! — скомандовал Строгов.— Пульт у меня.

Пока Георг возился со взрывателями, Николай отправил всех назад, под защиту стен ангара. Укрытие хлипкое, но это лучше, чем ничего. Сам же Великий Мастер остался рядом с баварцем. Так, на всякий случай, подстраховать, подсобить если что. Именно в этот момент он и почувствовал…

С той стороны ворот находилось нечто. Нечто? Великий Мастер узнал бы это нечто из тысяч других созданий. Морунги! Их было, по меньшей мере, десяток, и они ждали.

В первое мгновение Мастер даже растерялся. Как такое могло произойти? Откуда они здесь взялись? Атака «головорезов» казалась неожиданной и молниеносной. Учитывая размеры станции, противник просто не успел бы так быстро среагировать и перебросить этих тварей в зону прорыва. Тогда откуда? Мастер поежился, понимая, что ответ может быть лишь один. Они живут здесь. Отсеки станции, где расквартированы эти жуткие создания, где-то совсем рядом.

— Готово, командир! — бодрый голос Шредера не вязался с ох какими невеселыми мыслями Мастера.

— Стой! Пока взрывать нельзя.

— У нас совсем нет времени,— напомнил баварец.

— Знаю, но за дверью десять Звезд Нума.

— Десять?! — Георг почти застонал,— И что теперь?

Строгов понятия не имел что теперь. Но корсиканцы уже зашли слишком далеко, добились слишком многого, чтобы просто так взять и отступить. Второго шанса может и не представиться, а поэтому непременно надо идти вперед, только вперед!

— Я поговорю с ними,— Мастер сунул в руку солдата пульт управления взрывателями и приказал.— Иди к остальным. Не мешай мне.

— Но если они поймут, что вы в пределах их досягаемости, что вы за дверью…

— Иди, это моя работа. И помогите Хризику подготовить нашу малютку. Она может понадобится сразу же, как только мы войдем. Живо, я сказал!

Шредер не привык оспаривать приказы. Поэтому, выкрикнув уставное «Слушаюсь!», рядовой пулей помчался назад.

Оставшись один, Строгов напрягся. Он постарался построить вокруг себя невидимый энергетический барьер, способный выдержать… Да нет, выдержать это дудки, хотя бы ослабить атаку морунгов. А в том, что они сразу же ударят, Мастер даже не сомневался. Но другого выхода не было. Он должен это сделать.

Николай приготовился ко встречи с болью, поймал волну Источника Жизни, обуздал ее, трансформировал в смысловой импульс и послал в пространство безапелляционный приказ: «Уйдите!»

Ответ пришел моментально. Только в нем не было смысла, одна лишь боль, выжигающая, плавящая мозг боль. Морунги напали все сразу. Они еще не разобрались, где именно находился их противник, поэтому атака была направлена сразу во все стороны. Энергия излучения была распылена, и лишь благодаря этому Мастер смог устоять.

«Уйдите или я лишу вас источника силы».

Теперь Строгов не просто угрожал, он действительно искривил биоэнергетическое поле Источника Жизни так, чтобы там, за дверью, образовался пустой мешок. Насколько ему это удалось, сказать было сложно. Однако, судя по всему, напряженность поля вокруг морунгов значительно упала. Это стало понятно, когда Мастера спросили:

«Чего ты хочешь?»

«Я хочу, чтобы вы ушли».

«Мы не подчиняемся тебе».

«Мне подчиняются все морунги»,— тут Мастер солгал, но сделал это очень уверенно. А для пущей острастки он еще больше прикрутил краник, подающий энергию в пространство за дверью.

«Мы не знаем тебя»,— взревел хор голосов.

Морунги по-прежнему оставались здоровы, сильны и смертельно опасны, но неожиданный дефицит питающей биокинетической энергии поставил их в тупик. Они не знали, что думать и чего ожидать в дальнейшем.

«Я пришел с вашей родины, с Агавы. Я тот, кого называют Великим Мастером. Я тот, кто изменил Великое пророчество и указал морунгам новый путь».

Строгов не стесняясь перечислял свои регалии в надежде, что хоть кто-то из этой группы попал на станцию уже после того, как о нем узнала вся Агава. Николай оказался прав. Морунги о нем слышали, причем наверняка что-то весьма и весьма впечатляющее. Ничем другим объяснить их ответ было просто невозможно:

«Верни энергию, и мы покинем это место. Ты все равно не пройдешь дальше».

Строгову очень хотелось ответить: «Уйдите, а потом я верну», но этого лучше было не говорить. Нечего морунгам знать, что метрах в пятидесяти за их спинами этой самой энергии хоть отбавляй. Поэтому Мастер ослабил хватку и позволил живительному излучению Источника Жизни хлынуть в вакуум впереди него. Практически одновременно с этим он почувствовал, как морунги стали удаляться. Их энергетический след становился все слабее и слабее, пока, наконец, не исчез. Исчез? Ну, нет! Он теперь слышался где-то в другом месте. Недалеко, метров сто от входа. Мастер понял, что они выстроились в плотный полукруг. Разомкнутая сторона этой подковы смотрела точно в направлении, откуда должен был появиться их недавний собеседник.

Вот уроды, надуть решили! — Великий Мастер свирепо зарычал,— Что ж, посмотрим, как это у них получится.

Отбежав подальше от гермодвери, Строгов махнул дожидавшемуся сигнала Георгу Шредеру.

Заряды были заложены грамотно и умело. Прогремевший взрыв раскрошил дверь на куски. Обломки толстых плит посыпались вниз как осколки разбитого оконного стекла.

— Входим!

Сквозь еще клубящиеся облака белого дыма Мастер первым кинулся в широкий, почему-то идеально круглый в сечении коридор. Строгову это как-то сразу не понравилось, но еще больше ему не понравились большие надписи, набитые красной краской с обеих сторон от входа. Предупреждение гласило: «Внимание! Вы находитесь в зоне наивысшей секретности. Немедленно активируйте личный идентификатор и путевую карту».

Внутри коридора никого не оказалось, и это тоже выглядело странным. Где же охрана, где боевые роботы и весь остальной, полагающийся в таких случаях комитет по встрече? Неужели командование станции так полагалось на морунгов, что не предусмотрело запасных вариантов?

Стоявшие за спиной у Великого Мастера Рутов и Шредер были удивлены не меньше. Они поводили из стороны в сторону своими боевыми шлемами и не находили целей.

— Помогайте, мужики!

В тылу послышалось натужное пыхтение людей и рычание ящеров. Строгов обернулся и увидел двух нэйджалов, Моришаля, Микульского и Луизу, которые никак не могли перекатить тяжелую колесную платформу через образовавшийся у входа завал. Николай мысленно похвалил капитана. Молодец, быстро сориентировался в ситуации. Эта штуковина наш главный козырь, и его следует как можно скорее выбросить из рукава.

Совместными усилиями им, в конце концов, удалось перетащить тяжелую конструкцию через обломки рухнувших гермоворот, после чего платформа мягко и легко покатилась по идеально ровному полу. Ее легкое поскрипывание эхом отозвалось в тишине пустынного коридора.

— Куда дольше? — Микульский спросил очень тихо, словно боялся, что рядом сработает аудиосенсор.

Строгов не ответил, а лишь махнул рукой, призывая отряд следовать за ним. 

Что-то мне от этого безмолвия как-то гадко на душе,— не успокаивался поляк.— Лучше бы уж драка.

Ощущения разведчика разделяли и все остальные. Окружающая тишина была не только подозрительна, она просто таки вселяла ужас. Все прекрасно понимали, что это затишье перед бурей. Вот только какой?

— Ник, мы вошли, так не пора ли… — капитан Моришаль взглядом указал на трехметровый цилиндр, покоившийся на платформе.— Я бы не тянул, иначе…

Капитан так и не успел договорить. Его голос утонул в неожиданно возникшем высоком свисте. Этот звук безжалостно терзал как барабанные перепонки, так и нервы. Отвратный вой как бы послужил сигналом. Метрах в пятидесяти от «головорезов» ожило тонкое серебристое кольцо, опоясывающее все сечение туннеля. На внутренней поверхности стального обруча вспыхнули красные точки, которые уже через мгновение превратились в тонкие лазерные лучи. Натянутая, словно в теннисной ракетке, лазерная сеть тут же начала вращаться, превращаясь в сплошной красный круг. Позади первого огненного диска вспыхнул второй, за ним третий и четвертый. Они напоминали красные огни светофора, сигнализирующие, что путь закрыт. Ах, если бы только сигнализирующие! Но нет, это были совсем не сигналы, это была кара, обрушившаяся на головы тех, кто пренебрег правилами этой зловещей подземной магистрали.

Лазерные жернова сперва медленно, а затем все быстрее и быстрее поползли на «головорезов». Одновременно с этим в тылу у корсиканцев послышался зловещий скрежет. Метнув быстрый взгляд назад, Строгов вдруг с ужасом обнаружил, что только что взорванные ворота вновь восстановились. Вместо выломанных створок из стен выползли новые, на вид ничуть не уступающие прежним. Они оттеснили громоздившиеся на полу стальные обломки и хищными зубастыми челюстями сомкнулись за спиной у легионеров. Путь к отступлению оказался отрезан.

— Ловушка! — Вскричал Микульский.

— Нас сейчас сожжет и пепла не останется! — поддержал его Шредер.

Услышав эти слова, Хризик что-то взвизгнул. Через мгновение оба нейджала пулей кинулись к закрытой двери и в исступлении стаи об нее биться.

— Луиза, попробуй! — выкрикнул Моришаль.

Девушка бросила винтовку и, выставив вперед обе руки, ударила. Невидимый ураган лишь заставил огромные красные глаза моргнуть, однако, через мгновение они уже вновь горели своим свирепым кровожадным сиянием.

— Огонь по ободу! — вскричал Рутов.— Георг, давай!

Слова Алексея утонули в грохоте очередей. Плазменные пули буквально вспороли бетон стен. Одна из них таки угодила в неуклонно наползающее стальное кольцо. Обруч лопнул и тут же, полностью отделившись от стены, свернулся в плотную спираль. Стальная змея еще висела в воздухе, когда ее нагнал второй огненный диск. В доли секунды от поврежденного устройства не осталось и следа. Но его место занял другой точно такой же безжалостный убийца. Самое страшное, что одновременно со всем этим в глубине туннеля вспыхнули новые багровые огни.

— Держите их, сколько сможете! — Строгов резко развернулся к лежащему на платформе стальному цилиндру.— Огюст, помогай!

Под аккомпанемент остервенелой пальбы офицеры одну за другой срывали панели защитного кожуха. В считанные секунды металл исчез, открывая взгляду бесчисленные витки толстой медной обмотки, глубоко утопленные у толще прозрачного полимера.

— Мы не можем их удержать! Лазеры приближаются! Пятнадцать метров! — прокричал Рутов.

— Готово! Отходим! Все назад!

Строгов поблагодарил бога за идею активировать генератор заранее. Индикаторы всех систем горели обнадеживающими зелеными огоньками. Оставалось лишь настроить таймер и нажать пусковую кнопку.

Три секунды — это время Мастер выставил не задумываясь. Именно столько потребуется ему, чтобы дотащить Рутова со Шредером до безопасной зоны. Ну, что ж, боже помоги! Строгов вдавил большую квадратную кнопку и, отпрыгнув от платформы, крепко схватил двух отступающих корсиканцев.

«Один»,— он мысленно отсчитал первую из отведенных секунд. Как это было уже не раз, Строгов вновь ощутил себя погруженным в мир полного временного коллапса. В нем замерли приклеившиеся к двери нейджалы, зависли в воздухе падающие у их ног Микульский, Моришаль и Луиза, всего в нескольких метрах позади споткнулся и остановился смертоносный лазерный наждак. Единственное, что продолжало двигаться, это был он сам — Великий Мастер, а вслед за ним, словно две серые бестелесные тени, летели оба «головореза».

«Два»,— когда они преодолели половину пути, в голове Николая вновь перещелкнул воображаемый счетчик. Быстрее, надо поднажать! Строгову показалось, что сделано всего несколько шагов, однако на самом деле он промчался около двадцати метров.

Накрывая собой тела своих друзей, он мысленно досчитал — «Три». Вот сейчас!

Сзади полыхнула яркая вспышка, а следом за ней пришел грохот и пропитанная смрадом сгоревшей взрывчатки обжигающе горячая ударная волна. Она сорвала людей с пола, покатила и основательно припечатала к толстой стальной переборке. А впрочем, все это было уже потом… после того, как мир погрузился в густой непроницаемый мрак.

предыдущая глава перейти вверх следующая глава