Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

Глава22

Глава23

Глава24

Глава25

Глава26

Глава27

Глава28

Глава29

Глава30

Глава31

Глава32

Глава33

Глава34

Глава35

Глава36

Глава37

Глава38

Глава39

Глава40

Глава41

СЕЗОН ОГНЕННЫХ ДОЖДЕЙ

скачать книгу СЕЗОН ОГНЕННЫХ ДОЖДЕЙ

Уважаемые читатели, здесь вы можете почитать ознакомительную версию романа. Полный текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по цене 49 руб.

Глава 16

Заученным приемом Огюст Моришаль попытался сбить захват и дотянуться до оружия. Но не тут-то было! Нападавшие хорошо знали этот прием, и потуги «головореза» закончились лишь резкой болью в заломленной за спину руке. Как только капитан ослабил сопротивление, его рванули за ноги, да так сильно и с такой поспешностью, как будто лодыжки офицера оказались привязанными к стартующему автомобилю. Однако, тянуть его было некуда. Площадка, на которой Моришаль обустроил свой наблюдательный пункт, имела не более двух метров в диаметре и заканчивалась довольно крутым каменным спуском, по которому немыслимо не то что тащить упирающегося пленного, а и самому-то скалолазу следует подумать, как и куда примостить ноги.

Моришаль сообразил это в доли секунды. Он понял, что вот-вот наступит момент, когда его противники вынуждены будут ослабить хватку. И вот тогда он…

— Сейчас мы вас отпустим, господин капитан. Только не вздумайте брыкаться или того хуже орать. Вокруг полно сенсоров.

Французская речь, да еще с хорошо знакомым русским акцентом заставила Моришаля окаменеть. Несколько секунд он лежал неподвижно, а затем, почувствовав как ослабевают объятия стальных рук, обернулся.

— Рутов, это ты?

— Так точно, я, господин капитан, и со мной капрал Пэри.

От неожиданности и удивления в голове капитана все перемешалось.

— Откуда вы здесь взялись? — пробормотал он, крепко пожимая протянутые для приветствия руки.

— О, это целая история,— капрал Рутов загадочно улыбнулся.— Оказывается, Волард не так уж пустынен и безжизнен, как кажется на первый взгляд. Короче, нам помогли. Удалось сменить наши неуклюжие планетоходы на кое-что более быстроходное.

Рутов говорил совершенно серьезно, да пожалуй и чин Моришаля, и сама ситуация не располагали к шуткам. Значит, все сказанное — правда. Огюст уже открыл рот для того, чтобы расспросить о неизвестных союзниках, но тут вспомнил о главном:

— Лагерь захвачен войсками «Архангела»? Это верно?

— Верней не бывает,— оба капрала угрюмо закивали, а Жорж Пери добавил,— Мы здесь уже без малого десять часов. Такого насмотрелись, просто жуть.

— Докладывайте… Хотя нет,— капитан спохватился.— В трех километрах от сюда стоит мой модуль. Если мы их не предупредим, Хризика и всех остальных возьмут.

Моришаль потянулся к рации.

— Обождите, господин капитан.— Алексей Рутов перехватил руку командира.— От радиостанции на Воларде проку мало. Не достанет она на три километра. Здесь весь эфир забит какой-то гребаной помехой.

— Типа как на Агаве,— предположил Пери.

— Может быть,— согласился Рутов.— Так что с командором не свяжитесь, зато поднимите на ноги весь лагерь. Видели два небольших песчаных холма слева от лагеря? Под них замаскировали пару «Вампиров». Флаеры нарочно зарыли в песок, что бы нельзя было прощупать сканером. Как только вы дадите сигнал, янки поймут, что они рассекречены и тут же поднимут машины в воздух. Вот тогда Хризику точно кранты.

— Что ты предлагаешь? — Моришаль понял, что у Рутова есть план.

— Перехватим планетоход первыми,— не дожидаясь согласия, капрал поднял свой FAMAS и без колебаний сиганул вниз со скалы.

Огюст с подозрением покосился ему в след.

— Смелее, господин капитан. Гравитация здесь меньше, чем на Земле,— приободрил офицера Жорж Пери.— Удар получится чуток посильнее, чем с войсковым парашютом.

— Сейчас проверим,— Огюсту очень не хотелось ломать ноги, но все же он прыгнул.

Каменные глыбы надежно прикрывали их с тыла, поэтому можно было не пригибаться. Рутов бежал впереди, Пери отставал от капитана на три или четыре шага. Моришалю вдруг показалось, что оба капрала надумали его прикрывать. Смешно. Телохранители хреновы! Да Огюст сам даст им форы. Тем более Рутову, который почти на пять лет старше его самого.

— Не вырывайтесь вперед,— Алексей отставил руку в сторону и придержал рывок командира.— Следует держаться всем вместе. Они могут подумать, что мы с Жоржем гонимся за вами. Но и отставать тоже нежелательно. А то будет выглядеть, как будто вы нас преследуете.

— Что за чертовщина! — Выдохнул капитан на бегу.— Растолкуйте, наконец, кто такие «они»?

— Сейчас увидите. Мы уже почти на месте.

«Головорезы» промчались еще какую-то сотню метров прежде, чем Рутов притормозил.

— Кажется, здесь.

Не утруждаясь объяснениями, капрал стал как очумелый подпрыгивать и тяжело топать по каменистому грунту. Так обычно поступает разогретая танцульками молодежь, когда желает досадить соседям с нижнего этажа.

— Ну, и где же ваши…

Моришаль не успел договорить. До его слуха донесся подозрительный скрежет, идущий как будто из-под земли. Складывалось впечатление, что где-то под ними, глубоко в недрах планеты, заработал мощный горнодобывающий комбайн. А может так оно и было. Почва под ногами заходила ходуном, а затем вдруг начала быстро проседать. Отдельные камешки рассыпались в песок, который тут же всасывался в необъятные недра Воларда.

— Всем назад! — Моришаль изловчился и выпрыгнул из быстро разрастающейся воронки.

Оказавшись на твердой поверхности, капитан оглянулся на двух капралов. Рутов и Пери даже и не подумали что-либо предпринять. Они неподвижно стояли и смотрели на то, как ноги проваливаются в зыбучую бездну. Однако, самым непонятным казалось то, что эта самая бездна больше не состояла из перемолотой каменной крупы. На смену песчинкам пришла отливающая вороненой сталью жидкая подвижная масса. И эта субстанция быстро прибывала. Быстро это мягко сказано! Стремительно! Через секунду оба корсиканца скрылись из виду, а на их месте бурлил, клокотал, закручивался невообразимыми спиралями гейзер из живого металла.

Моришаль стоял как парализованный. В стальном спруте чувствовалось столько дикой первобытной мощи, что становилось понятно — защищаться или спасаться бегством нет никакого смысла. Догонит и прикончит. Так что лучше оставаться на месте, полностью положившись на волю судьбы. Черт его знает… глядишь, и пронесет.

Как только разум возобладал над страхом капитан вспомнил о своих солдатах. Чудовище, словно не заметив, проглотило двух человек, двух его боевых товарищей. В груди Моришаля закипела ненависть. Сообразив, что винтовка полностью бесполезна, он принялся оглядываться по сторонам в поисках какого-нибудь более мощного оружия. Скалу бы на него обрушить что ли?

— Господин капитан!

Вначале Огюст не поверил своим ушам, а затем и глазам. Среди извивающихся щупалец появилась голова в боевом протонном шлеме. Моришаль был неуверен, но ему показалось, что это Жорж Пери. Вслед за головой из перекатывающейся живой массы высунулась рука. Капрал помахал командиру:

— Идите сюда. Не беспокойтесь, это не опасно.

Легко сказать «идите сюда». Это все равно что предложить искупаться в крутом кипятке. Правда, капрал смог… Значит сможет и он. Уязвленная гордость офицера заставила капитана шагнуть вперед. Сделано это было, ей богу, вовремя! Рядом с его левым ухом хищно взвизгнула пуля. Промедли Огюст еще долю секунды, и в башке могло стать одной дыркой больше. Снайпер! Моришаль весь напрягся словно от недоброго колючего взгляда. Еще какого недоброго, ведь на него пялились ни много, ни мало, а через перекрестие оптического прицела.

Чутье скомандовало — падай! Прочно вбитое в голову «левостороннее правило» подсказало и направление — падай с прыжком вправо. Любому человеку, у которого правая рука ведущая, удобнее и быстрее удаются действия, связанные с поворотом влево. Наведение винтовки не исключение. Моришаль смекнул — снайпер сзади. Значит, ныряй вправо и молись, чтобы твой противник не оказался левшой.

Расчет вышел верным. Вторая пуля, выпущенная второпях, пролетела высоко над капитаном и с неожиданным звоном булькнула в тело железного осьминога. Такое впечатление, что попали по пустому металлическому ведру.

«Ну, вот и все! Теперь конец,— эхо от удара завибрировало в барабанных перепонках как тревожный колокольный набат.— Во-первых, преследователям больше нечего таится, значит, пуль они жалеть не станут. Во-вторых, эта тварь сейчас рассвирепеет. А меня как всегда угораздило оказаться меж двух огней».

Насчет шквального огня в спину Моришаль так ничего и не узнал, так как обитатель подземных недр отреагировал первым. Отрастив себе огромное жирное щупальце, осьминог во мгновение ока сгреб распластавшегося на земле человека.

Странное дело капитан не почувствовал тяжести от навалившегося на него многотонного киселя. Из неприятных ощущений лишь слепота, а так… как будто паришь в невесомости. Правда, невесомость эта вызвана отнюдь не отсутствием гравитации. Просто такое чувство, что каждую клеточку тела что-то поддерживает и страхует. Это то ли бесчисленные микроскопические подпорки снизу, то ли тончайшие ниточки целой армии кукловодов сверху.

Аналогия с кукловодами Моришалю не понравилась. Есть в этом что-то зловещее, намекающее на то, что он более не властен над собственным телом, над самим собой. С таким вариантом Огюст категорически не согласился. Он попробовал пошевелиться, подвигать рукой. Получилось. Только кажется, что плывешь в воде. Вначале ощущаешь легкое давление от гребка, но затем все исчезает, все приходит в норму и в равновесие.

Так… с ним все хорошо, все в порядке. Жив, и вроде как невредим. Капитан попытался поскорее переварить клокочущий в венах адреналин. Прежде чем что либо предпринять он должен проанализировать ситуацию, понять что произошло. Итак… Рутов говорил о встрече с обитателями Воларда. Утверждал, что им помогли. Оба капрала абсолютно спокойно отреагировали на появление невиданного аморфного чудовища. А Пери, бултыхаясь в иссиня-черных волнах, даже прокричал: «Не беспокойтесь. Это не опасно». Интересно получается. Выходит, вот этот спрут, в брюхе которого он сейчас сидит, и есть таинственный абориген Воларда. Или это какая-то машина? Моришаль вспомнил старый фантастический боевик, в котором милашка Шварцнегер битых полтора часа пытался замочить робота, сделанного из серебристого жидкого металла. Что ж, похоже… даже очень похоже! Капитан призадумался. Ну, а что дальше? Долго ли ему здесь торчать и чего ждать? Не мешало бы спросить. Кого? Да того же самого Рутова или Пери. Они ведь тоже внутри. Зверюга хотя и здоровенная, но до десяти метров вряд ли дотянет. Выходит, оба капрала совсем рядом. Может покричать? Здесь ведь совсем тихо, только какое-то неясное шуршание со всех сторон, а так… Может быть и услышат. Следует только как следует гаркнуть.

Моришаль набрал в себя побольше воздуха и открыл рот. Зря он это сделал. Капитану показалось, что ему в пасть вогнали плотный кляп. Причем кляп этот был сделан из металлической мочалки. Есть такие жесткие и колючие клубки, которыми отскребают пригоревшие кастрюли.

Огюста пробил холодный пот. А что, если эта дрянь пролезет дальше… в горло, в легкие, в желудок? Поддавшись приступу паники, он задергался словно в конвульсиях и инстинктивно попытался выплюнуть колючего ежа, распиравшего его челюсти. Плевок получился что надо. Кляп не только вылетел изо рта, но и как настоящий кумулятивный снаряд прожег ту ненавистную стену мрака, которая маячила перед открытыми, но невидящими глазами Моришаля. Пробоина начала быстро расширяться. То ли она приближалась, то ли сам Огюст летел навстречу животворящему дневному свету. Понять было невозможно, да «головорез» и не хотел понимать. Какая разница? Ровно через мгновение он окажется свободным. Так оно и вышло. Мгла отхлынула как морская волна, а капитан остался лежать на разогретых лучами полуденного солнца грязно-желтых камнях.

Первое, что Моришаль увидел — был планетоход. Он стоял там же, где и раньше, там, где капитан и остановил его менее часа назад. Стальной диск, лежащий на двух широких гусеницах, выглядел одиноким и неуместным на фоне необъятной каменной пустыни.

— Нам следует поспешить, господин капитан,— две пары космических ботинок заслонили величественный пейзаж.— «Вампиры» будут здесь с минуты на минуту.

— Да, конечно.

Поднявшись на ноги, Огюст с сожалением признал, что с трудом ориентируется в головокружительном калейдоскопе событий. Лишь недавно покинув тихую Землю, он еще не привык к странностям и диковинкам многоликой галактики. Не то, что Рутов с Пери, которые варятся в этой каше уже целый год.

— На планетоходе уйти не удастся,— капрал Пери протянул офицеру руку.— Уж очень тихоходная эта машина.

— Согласен.— Капитан принял помощь. Поднимаясь, он крепко пожал ладонь Жоржа, словно благодаря за отменную службу.

— Придется кракену тащить всех до безопасного места,— предложил Алексей Рутов.

Моришаль не спросил кто такой кракен. Догадался сам. Однако был один вопрос, на который ответ следовало выяснить немедленно.

— Сколько пассажиров может взять этот ваш «автобус»?

— Человек пять,— Рутов поглядел на Пери, как бы советуясь.

— Максимум шесть,— Жорж кивнул.

— Нас девятеро, причем двое — нэйджалы. Каждый килограммов по двести будет.

— Придется делать две ходки. Другого выхода просто нет.— Алексей произнес это с тяжелым вздохом.

Другого выхода нет,— остальные угрюмо кивнули. Каждому стало понятно, что для них нет места в первой партии. Поедут во второй, если, конечно, она будет, эта самая вторая ходка.

— Жорж, ступай, договорись со своим приятелем. А мы с капитаном поторопим инопланетных олухов.— Рутов вдруг осознал, что присвоил себе право раздавать приказы как будто он здесь командир. Сконфузившись, капрал переспросил.— Вы ведь согласны, господин капитан?

— За дело! Живо! — Моришаль не был полным идиотом, чтобы обижаться, а тем более затевать разборки в то время, когда дорога каждая секунда.

Планетоход находился в какой-то сотне метров, так что не заметить появления «головорезов» было просто невозможно. Не удивительно, что, подбегая к застывшей машине, Моришаль с Рутовым увидели спускающегося им навстречу командора Хризика. Нэйджал ступал по трапу плавно и осторожно, как будто крался. Огюст подумал, что командор в этот момент уж очень похож на потревоженного варана. Сейчас ударит хвостом, а затем кинется наутек.

— Что происходит? — Хризик не дал корсиканцам отдышаться.— Где обещанный сигнал? И что это за конструкция, из которой вы появились?

Конструкция? Капитана порадовало, что ящер воспринимает кракена как машину. Тем лучше. Будет легче впихнуть его внутрь. А машина или не нет, это сейчас не столь важно.

— Командор, ноги в руки и чешите к… — Моришаль запнулся, соображая как получше назвать кракена, так, чтобы в голове нэйджала все срослось с нужным эффектом. Землянин еще не очень хорошо ориентировался в многообразии инопланетных кораблей и систем, поэтому ляпнул первое пришедшее на ум.— Чешите к нашему космолету.

— Как, эта штука еще и летает? — С нескрываемым восхищением воскликнул Хризик.

— Летает, летает,— подтвердил Огюст, хотя на самом деле понял, что с названием он прокололся. Кракен так быстро добрался до планетохода, что капитану показалось, будто тот летел по воздуху. Хотя скорее всего все обстояло совсем иначе.

Чтобы Хризик не вздумал задать еще какой-нибудь неподходящий к ситуации вопрос, Моришаль поспешил первым нанести удар:

— К нам летят флаеры противника. Через минуту они будут здесь.

— Уже бегу.— Командор хотел было стартовать, но капитан остановил его, ткнув ладонью в чешуйчатую грудь.

— Заберите с собой второго нэйджала и одного харририанина. Все в космолет не поместятся. Сначала отправитесь вы трое, затем все остальные.

— Оставаясь, вы подвергаете себя опасности,— заявил ящер.

— Мы можем поменяться,— Моришаль скривил губы в ироничной ухмылке.

Нет-нет! Пожалуй, вы правы.— Инстинкт самосохранения придушил проблески благородства.— Нэйджалы не умеют воевать, поэтому шансов продержаться у нас гораздо меньше, чем у вас.

— Ну, тогда нечего болтать. Забирайте своих компаньонов и ходу!

Огюст Моришаль мчался что есть духу. Он обернулся лишь на мгновение. Уж очень захотелось своими глазами взглянуть на уход кракена. Ах, как он ошибался, приписывая черному осьминогу умение летать! Аморфный монстр оказался обитателем совсем другой стихии. Темные недра Воларда — вот его настоящий дом. Все это становилось понятным, при виде того, как чернильные щупальца легко и свободно впитываются в твердый каменистый грунт. Издалека казалось, что искрящийся под лучами солнца нефтяной фонтан перекрывает сильная рука опытного бурильщика. С каждым новым оборотом вентиля бурлящий смолянистый поток падает все ниже и ниже. Последний доворот, и черная субстанция ударилась об землю, вздымая вокруг места своего падения высокие столбы пыли и песка. Вот и все, каменистый ландшафт как прежде пустынен и недвижим. А черный спрут казался лишь миражом, на секунду возникшим перед воспаленным взглядом утомленного путника.

— Жорж, сколько у нас до возвращения кракена? — капитан метнул быстрый взгляд на бегущего рядом капрала Пери.

— Минут пятнадцать.— На лице Жоржа отразилась неуверенность.— Если, конечно, мой слит верно перевел их временные единицы.

— Ты правильно сделал, что назначил кракену другое место встречи. Только далековато. Вряд ли мы доберемся туда за пятнадцать минут.

— Вряд ли мы туда вообще доберемся,— отозвался замыкающий колонну Рутов.— Они откопали флаеры. Оба уже в воз…

Окончание фразы потонуло в оглушительном грохоте. Ударная волна хрястнула меж лопаток не хуже тяжелого приклада. Моришаль не смог устоять на ногах и грохнулся на одного из харририан, который почему-то спикировал на землю еще до взрыва. Ураган бушевал всего пару секунд. Отплевываясь от набившегося в рот песка, протирая запорошенные глаза, капитан прокричал:

— Рассредоточиться! Атака с воздуха!

— Рано, господин капитан,— боевой шлем позволил Рутову сохранить контроль над ситуацией.— Ударили не по нам, ударили по планетоходу.

Сквозь клубы оседающей пыли Огюст увидел покореженные дымящиеся обломки спасательного модуля. Машина, устоявшая в жестокой схватке с атмосферой Воларда, оказалась беззащитной перед ударом реактивного снаряда. Конечно, это была ракета! Правда, такой мощной ракеты капитан еще никогда не видывал. Куда там старушке «Экзосет»! Двухсоттонный планетоход разложило на сотни дымящихся пазлов, разбросанных по всей округе. Даже реактор не успел сдетонировать.

— «Вампиры» заходят с востока!

Крик Пери заставил капитана вскочить на ноги. Он инстинктивно взглянул на небо. Лазурную высь пачкали клубы черного дыма исходящие от горящего планетохода, но флаеров «Архангела» нигде не было видно. Ах, да, конечно… Рутов воспользовался помощью протонного шлема. Наверняка, в нем имеется система раннего обнаружения… Моришаль наморщил лоб. И прицеливания…

На малых высотах воздушные цели становятся уязвимыми для обычного стрелкового оружия. Во Вьетнаме, Афганистане, Ираке набитые дорогущей электроникой авиационные монстры гибли порой от обычной ружейной пули. Правда, если быть до конца честным, придется признать, что пуля была не одна. По самолету или вертолету палил не один десяток отчаянных парней, спрятавшихся где-то в самой гуще «зеленки».

Да, но ведь бывали случаи… Капитан пытался вспомнить. О чем-то таком он уже слышал. Что-то из серии солдатских баек, которые рассказывают пьяные наемники в дешевых портовых кабаках. Когда речь заходила об атаке с воздуха, в компании собутыльников всегда находился очевидец дуэли какого-нибудь Рембо с авиационным мастодонтом. Чаще всего в роли противников выступали «Сикорские» и «Кобры». Однако, некоторых рассказчиков порядком заносило и они награждали слушателей головокружительной историей, в которой на орехи доставалось «Фантому» или «МиГу». Может все это и вранье, тем более, что большинство историй уж больно походили одна на другую. Однако начинались они до жути правдоподобно, вот именно так, как и сейчас — с воздуха шла охота за беззащитными людьми, и у тех оставалось всего два выхода — либо умереть, либо напасть в ответ.

В этот миг капитан увидел две черные точки, показавшиеся высоко в небе. Горящие островки сухого кустарника, как и разбросанные по всей округе дымящиеся обломки погибшего планетохода дезориентировали пилотов и затруднили поиск беглецов. Их не заметили. Пока не заметили. Флаеры не изменили курс и шли точно к месту взрыва.

— Всем лежать! Не двигайтесь с места! — Моришаль кинулся на харририанина, попытавшегося пуститься наутек. Капитан сбил его и всем своим весом придавил к земле.— Они не должны распознать нас и открыть огонь. Пусть уйдут на второй заход. «Вампиры» предназначены для космоса, их разворот в условиях атмосферы не может быть уж очень быстрым.

Откуда Огюст все это взял? Одному Богу известно. Может, сработало чутье, а может это просто инстинкт страуса, спешащего вогнать рожу в песок, когда больше ничего сделать нельзя.

Над головой мелькнули две черные тени. От воя их двигателей заложило уши. Машины шли так низко, что Моришалю показалось, будто он чувствует вонь сгоревшего топлива и зудящее покалывание ионизированного воздуха. Ну, вот же они, так близко! Бери и стреляй. Но нет, никто из «головорезов» даже не успел поднять оружие. Флаеры на бешеной скорости унеслись прочь, чтобы затем зайти на новый круг.

— Вперед! Всем вперед!

На этот раз ситуация повторилась с точностью до наоборот. Моришаль снова кинулся на все того же перепуганного харририанина, только теперь, вцепившись ему за шиворот, он заставил обитателя Агавы вскочить на ноги. Пинок в спину, и ошалевшее от ужаса безносое существо, хрипя жабрами дыхательного респиратора, рвануло с места.

— Не туда! — Огюст осадил порыв инопланетянина.

— А куда? — выдохнул Рутов. Он вынырнул из-за спины капитана и замер рядом, непонимающе оглядываясь по сторонам.

А действительно куда? Моришаль окинул быстрым взглядом каменистую пустыню. Валуны помельче, валуны покрупнее, щебень, бесформенные нашлепки оранжево-желтой глины, на которых из последних сил пыталась выжить колючая пыльная трава. Вся эта местная экзотика тянулась очень далеко, аж до самых пепельно-серых гор, маячивших на горизонте.

Н-н-да… бежать действительно некуда. И ловушку на «Вампиров» тоже не устроишь. Мысль о засаде снова воскресила в голове капитана все те же невероятные истории, в которых пехотинец неизменно брал вверх над самонадеянным летуном. Стратегия подобного поединка неизменно включала в себя три постулата. Первый — заманить врага. Делай что хочешь, показывай ему средний палец или голую жопу, только пусть у пилота сорвет крышу и он из расчетливого охотника превратится в маньяка с трясущимися от ярости и нетерпения рукам. Второй — заставить мишень двигаться по предсказуемой траектории, там, где самолет или вертолет не сможет маневрировать. Для этой цели покатит ущелье, каньон, улица или на худой конец лесная просека. Если выполнены первые два условия, вот тут то и приходит время применить третий постулат — оказаться в совершенно неожиданном месте, на минимальном расстоянии от цели и расстрелять ее если не в упор, то хотя бы с наиболее выигрышной позиции. Скала, здание, дерево… вариантов множество и чем опытней солдат, тем больше возможностей он отыщет. Все вышеперечисленное выполнимо в горах. При некоторой смекалке — в джунглях. Если уж очень постараться, то что-то подобное можно провернуть и на городской улице. Но вот насчет пустыни…

— Командир, они заканчивают разворот,— голос Пери вернул Огюста к реальности.

— Быстрее к тем камням!

Два валуна, каждый из которых казался размером с небольшой грузовичок, были единственным подходящим укрытием в радиусе сотни метров. Хотя, что значит «подходящее укрытие»? Может от выстрела из авиапушки или осколков ракеты камень и защитит, но вот от плазменного залпа это уж фигушки. Но другого выхода все равно нет. Не стоять же на ровном месте и гордо крутить дули заходящим в пике истребителям.

Пока они бежали Моришаль не переставал искать выход. Ведь должно быть что-то еще! Безвыходные ситуации конечно случаются, однако крайне редко. И почему-то совсем не хочется верить, что сегодня именно такой, чертовски неудачный день.

Нет, день сегодня точно галимый! Капитан споткнулся о предательски торчащий камень и со всего маху грохнулся на землю. Он успел спружинить руками, поэтому избежал челобитья подлюке Воларду, который задумал навечно оставить его в своих пустынных владениях. Огюст упал лицом вниз. Ему бы подняться, одним прыжком вскочить на ноги и поддать ходу, наверстывая безвозвратно утерянные секунды… Но нет, Моришаль лежал и выпученными глазами пожирал маленькую трещинку, расколовшую надвое плоский, обточенный словно морская галька, булыжник.

Трещина! Вот оно! Здесь действительно есть несколько глубоких трещин. И капитан даже не очень врал, разговаривая с псевдодиспетчером псевдолагеря. Их планетоход на самом деле пару раз едва не угодил в зубастые каменные челюсти.

— Задача изменилась! Все за мной!

В который раз Моришаль помог харририанину изменить направление. Впрочем, кто виноват, что они не понимают друг друга? Вот и приходится слова заменять рывками и тычками. Выходит грубовато, зато весьма эффективно. Да и остальные харририане уже привыкли и в точности повторяют действия своего земляка. Вот такой, блин, получается язык жестов!

— Нас засекли!

Рутов мог бы и не драть глотку. То, что их засекли, стало понятно по яркой вспышке и ставшему вдруг апельсиново-огненному небу. Вот сейчас полыхнет и конец! Не останется даже пепла. Моришаль весь сжался и закрыл глаза.

Действительно полыхнуло. Земля задрожала, как будто по ней протащили гигантский вибратор для укладки бетона. Откуда-то из-за спины обрушилась горячая пыльная буря и… ну вот, пожалуй, и все. Это что ж… выходит, они промазали? В мозгу капитана недоумение готово было побороться с радостью.

— Они промазали! — завопил обезумевший от счастья Пери.— Мы вовремя свернули.

Огюст лишь на секунду бросил взгляд в направлении двух огромных валунов, которые согласно его первоначальному плану и должны были послужить укрытием их интернациональному отряду. В разогретом колышущемся мареве было плохо видно, но каменную парочку было сложно не заметить. Отливая цветом разогретого металла, они светились в пыльной мгле, как глаза затаившегося во мраке невиданного чудовища.

В небе снова мелькнули тени, и снова прогремел гром. Бронированные птицы пошли на новый заход, готовясь обрушить на землю еще большую стену огненного дождя. Радовало лишь одно — капитан оказался прав. «Вампиры», быстрые и верткие в космическом вакууме, оказались неповоротливыми и плохо управляемыми увальнями в условиях атмосферы.

— Куда дальше, командир? — оба капрала и едва дышащие харририане обступили Моришаля.

— Плохо видно,— в клубах пыли и дыма офицер побоялся потерять направление.— Ведите лучше вы. Там, впереди, я видел трещину в земле. Широкая. Около двух метров. Это наш единственный шанс продержаться до прихода кракена.

— Нашел! — Рутов как танк ринулся сквозь клубящуюся пелену.— Дистанция сорок три метра. До возвращения «Вампиров» должны успеть.

Трещина оказалась старой, можно даже сказать древней. По всей видимости, возникла она еще в те далекие времена, когда в жилах планеты еще бурлила молодецкая удаль. Моришаль ни хрена не соображал в геологии, но со смекалкой у него был полный порядок. Если этот разлом действительно такой старый, то он не может быть уж очень глубоким. За тысячи лет эрозия да атмосферные бури наверняка сбросили вниз не одну тысячу тонн песка и камней. Может оказаться, что до дна рукой подать. По нему можно будет уйти. Пусть недалеко, но, по крайней мере, пилоты «Вампиров» не будут знать куда именно им следует стрелять.

Взглянув вниз, капитан испытал горькое разочарование. Дна видно не было. Острые камни торчали из обеих стен, как зубцы двух огромных рашпилей, а между ними… между ними чернела бесконечная мрачная бездна. Но другого выхода все равно нет. Огюст нутром чуял, что «Вампиры» заканчивают разворот.

— Спускаемся,— капитан попытался говорить уверенно, как будто ничего страшного не происходило и ситуация находилась под его полным контролем.

— Если сорвешься, то костей не соберешь,— заметил Алексей Рутов, первым шагнув через край.

— Зацепись кошкой,— посоветовал Пери.— И сам сможешь спускаться, и одного из харририан возьмешь на буксир.

Хорошая идея — подумал Моришаль. Ранцевые линеметы обеспечат более или менее безопасный спуск для обоих капралов и двух инопланетян. Сам же Огюст — заядлый альпинист. Он-то уж как-нибудь управиться сам. А вот последнему из аборигенов Агавы действительно придется попотеть. Капитан глянул на харририан, как бы выбирая себе компаньона. Взгляд остановился на технике, комбинезон которого украшали нашивки инженера третьей лиги. Вот этот наверное подойдет. Выглядит посильнее остальных, да и инженер все таки… Должен быть порассудительней простых рабочих.

Когда Пери с Рутовым уволокли вниз двух едва живых от страха механиков, Моришаль понял, что времени для спасения самого себя у него практически не осталось. На горизонте вновь появились зловещие черные птицы. Боевые машины шли на бреющем полете, курсом прямо на них.

— Давай, приятель, ныряй быстрее,— капитан подтолкнул харририанина к трещине.

Тот глянул вниз, что-то поспешно затараторил, но с места не сдвинулся.

— Лезь. Сожгут к чертовой матери!

Моришаль схватил инопланетянина в охапку и попытался спихнуть его с обрыва. Естественно, корсиканец страховал. Пока у Огюста имеется надежная точка опоры, харририанину нечего бояться, капитан удержит.

То, что понятно человеку, далеко не всегда доходит до инопланетного разума. То ли инженер подумал, что взбесившийся землянин решил его убить, то ли идея укрыться в недрах планеты показалась ему полным безумием, а может страх харририанина заглушил в его мозгу все проблески здравого смысла. Как бы там ни было, но обитатель Агавы с силой оттолкнул Моришаля и бросился бежать.

— Стой, придурок! Куда?

Капитан подавил в себе желание рвануть вдогонку. Бессмысленно. Все равно не успеет его вернуть. Их обоих накроют раньше. Долю секунды Огюст колебался, затем плюнул и полез в трещину. Его голова еще торчала над поверхностью земли, когда «Вампиры» дали залп. Краем глаза он успел взглянуть на небо. Этого хватило, чтобы понять — потоки высокотемпературной плазмы предназначались не ему. Они неслись в направлении маленькой худощавой фигурки, одиноко семенящей по дымящейся каменной пустыне.

Наверняка капитану не следовало на это смотреть. Лик смерти отвратителен для любого нормального человека. Только садисты или маньяки упиваются предсмертными мучениями живых существ. Моришаль не был ни садистом, ни маньяком, но все же он смотрел и смотрел. Почему? Да потому что ему почудилось… нет, он был просто уверен. Инженер третьей лиги бежал не от смертоносных боевых машин, а практически навстречу им. Он не прятался среди камней, а наоборот выбирал самые ровные и открытые участки. Неужели?! Неужели он уводит их?!

Верна ли его догадка, капитану так и не судилось узнать. Тот, кто знал ответ, уже никогда никому и ничего не скажет. Огненные шквалы настигли свою жертву. Последовал страшный удар и участок поверхности размером с половину футбольного поля, точно в том месте, где находился харририанин, зарделся ослепительным малиново-красным светом и в тот же миг превратился в волны кипящей лавы.

Это верно, на огонь можно смотреть бесконечно долго. Но можно ли точно также долго смотреть на погребальный огонь? Без сомнения нет! Языки пламени больше не кажутся диковинными цветами, они становятся зримым олицетворением боли и мучений навсегда ушедшего товарища. Представив это, капитан что есть сил сжал веки и поскорее нырнул в мрачный подземный мир.

Опытный офицер не испытывал особых иллюзий по поводу безопасности. Их конечно засекли. А ударили по одиночной цели лишь для порядка. Охотники сперва загоняют жертвы спасающиеся бегством, а уж затем берутся за тех, кто словно кролики затаился в глубокой темной норе. И эту самую норку рано или поздно вскроют. Вскроют как только отыщут верный способ.

Не надо быть крупным стратегом, чтобы придумать как поджарить беглецов, засевших в глубине узкой расщелины. Флаерам лишь следует изменить курс и вести огонь не поперек, а вдоль разлома. Зажатая среди каменных стен плазма разлетится метров на сто, ни как не меньше. И это только лишь от одного выстрела! Жутко даже подумать что будет, когда за дело возьмутся две боевые машины.

Моришаль представил, как ревущая плазма до краев заливает трещину, а затем начинает выхлестываться наружу словно волны клокочущего расплавленного металла. «Головорезу» сразу захотелось вместо спуска начать подъем. Но это полный бред! Спасения не будет ни здесь — в недрах планеты, ни там — на ее поверхности.

От леденящих мыслей капитана отвлек негромкий звон металлической струны. Стропа, на которой болтался капрал Рутов, начала бешено молотить о камни. Биения выглядели размеренными и ритмичными, как бывает, когда взбираются по висящему канату. Нет, конечно, Рутов не цеплялся за тончайшую стальную нить, он лишь отталкивался от каменной стены, а микролебедка, встроенная в его заплечный ранец, уверенно тянула легионера вверх.

— Ты что здесь делаешь? — Моришаль заорал на капрала, как только тот поравнялся с ним. 

— Эти ублюдки достанут нас и здесь.— Рутов не прореагировал на окрик.— Так не годится. Мы тут с Жоржем подумали… Короче, можно попробовать их завалить.

— Завалить?! — капитан вспомнил, что эта же отчаянная мысль тоже посещала и его голову. Только она так и осталась лишь мыслью, не воплотившись ни в какой более или менее сносный план.

— Ну, если не завалить, то, по крайней мере, отпугнуть, заставить пойти на еще один круг,— Алексей поглядел вниз, где нарисовался боевой шлем Жоржа Пери.— Мы уже продержались почти десять минут. Еще немного и вернется кракен.

— Но мы же за два километра от условленного места встречи?

— Надеюсь, он услышит,— тонированное бронестекло было опущено, но Моришалю показалось, что россиянин хитро ухмыльнулся.— Там внизу двое добровольцев без устали молотят камнями о стену. Кракены чувствительны к малейшей вибрации. Бог даст, наш приятель поймет, что этот шум не просто так. Кроме нас здесь шуметь больше некому. А сейчас, господин капитан… — Рутов глянул вверх, оценивая оставшееся до поверхности расстояние.— Прошу прощения, но если будем продолжать болтовню и дальше, то нас тут и накроют… тепленькими.

— Хамовато, капрал, но в целом верно. Прощаю.— Огюст внимательно посмотрел на Алексея.— Я иду с вами.

— Бессмысленно,— Рутов остановил командира.— Из своей G36 вы только краску на бортах у «Вампиров» поцарапаете, и то если попадете. Да и боевого комбинезона у вас нет. А там наверху может быть очень жарко.

— «Вампир» далеко не весь бронирован. А что касается жары… Ваши костюмы держат только до шестисот градусов. Так что если попадем под сгусток плазмы, помрем все вместе.

Моришалю вдруг пришло в голову, что он — офицер, командир выпрашивает разрешение у нижних чинов. Нонсенс! Возмущенный своей мягкотелостью и нерешительностью, капитан проревел:

— Мы идем все вместе! Повтори, капрал!

— Так точно. Идем вместе.

— А теперь вверх! Живо закончить подъем!

В туже секунду послышалось легкое жужжание микролебедок и мелодичное подзинькивание натянутых линей. Оба капрала быстро поползли вверх, на ходу готовя винтовки к стрельбе.

Вот так-то получше будет! — сказал себе капитан, поплевал на ладони и вновь полез туда, откуда только что спустился.

Поднимаясь, Моришаль думал о двух капралах, вернее о той невыполнимой задаче, которую они на себя взвалили. Хотя, если хорошо поразмыслить, то такой ли уж невыполнимой? Пилоты будут вести машины с ювелирной точностью, повторяя все изгибы протянувшейся на многие километры трещины. Это хорошо, это значит, что траектория известна! Следующее — высота полета не превысит сотни метров. Только с такой дистанции можно вогнать большую часть плазменного заряда точно в двухметровую трещину. Возьми пилот чуток повыше, и плазма долетит до земли уже не в виде сжатой струи, а превратится в широкое огненное облако. А его не впихнешь в узкую щель, как не старайся. Между прочим, и скорость для прицельной стрельбы «Вампирам» придется убрать до минимума.

Если бы сейчас пальцы капитана оказались свободными, а не цеплялись за горячие камни, он непременно потер бы руки в предвкушении хорошенькой драки. Теперь бы только парни не сплоховали! С их оружием, с их боевыми шлемами у ребят и впрямь появляется шанс. А он — Огюст Моришаль… он с ними, он поможет, он сделает все от него зависящее.

Капитан припомнил, как стреляют по всему тому, что по воле божьей или человеческой способно парить под облаками. Самый распространенный способ — вести огонь, сопровождая цель. В этом случае дается некоторое упреждение, зависящее от скорости полета объекта. Второй вариант — стрельба с выжиданием. Стрелок прицеливается в точку, выбранную впереди цели, и выпускает весь магазин, как только цель подбирается к этой самой точке. Хуже всего то, что в обоих этих способах приходится стрелять практически наугад. В прорези прицела — чистое небо и только шестое, седьмое и сто тридцать пятое чувство подсказывают куда целиться и как двигать оружие.

Правда есть еще один метод — самый верный, но зато и самый опасный. Именно его и можно назвать истинным поединком. Это когда самолет идет в пике, прямо на тебя. Вот тут уже не нужно ничего просчитывать и продумывать. Выбрось из головы все упреждения и угловые скорости. Поднимай пулемет, винтовку, пистолет или рогатку и бей врага прямо в лоб, если конечно этот самый враг не успеет нажать на гашетку первым.

— Они идут! — Моришаль услышал крик Алексея Рутова.— Друг за другом, на высоте восемьдесят метров. Удаление пять километров.

— К бою! — прокричал капитан, с досадой осознавая, что не успевает. До поверхности ему оставалось еще целых пять или даже шесть метров.— Огонь открывайте сразу, как только будите готовы!

Капитан прекрасно осознавал, их жизнь полностью зависит от первого залпа, который станет полной неожиданностью для уверенных в своей неуязвимости пилотов. В том, что «головорезы» не промахнуться, офицер практически не сомневался. Усовершенствованные инопланетянами FAMASы имели встроенный датчик прицеливания, дистанционно связанный с боевым протонным шлемом. В режиме «слепого боя» стрелок, лишь направлял свое оружие, а перед его глазами уже стояла картинка, на которой в прицельной рамке маячила точная точка попадания. Слит боевого шлема учитывал все: дистанцию, скорость, ветер, износ ствола и многое другое, о чем обычный солдат даже и не догадывался. Так, что в случае если цель в последний миг не сиганет в сторону, конструкторами гарантировалось стопроцентное поражение.

Поражение — хорошо бы! Главное попасть в жизненно важное место боевой машины, пусть даже и прикрытое броней. Плазменные пули как масло прожигают сорок сантиметров стали. Защита флаеров, какая бы она там ни была, не может оказаться прочнее.

Итак, сейчас главное успеть! Рутов с Пери должны выстрелить первыми. Открывать огонь после Залпа «Вампира» просто уже будет некому.

Только капитан об этом подумал, как сверху послышался грохот выстрелов, а по его каске забарабанили дымящиеся гильзы. Есть! Успели! Молодцы ребята! Сейчас я вам помогу. Я уже иду! Я уже совсем рядом, я с вами…

Неожиданно над головой полыхнуло яркое пламя. Вернее даже не пламя… свет, кроваво-красный, зловещий, словно из преисподней. Вслед за ним в недра земли хлынул нестерпимый жар вперемешку с целым шквалом пыли и мелких камней.

Конец! Моришаль знал, что спасения не будет. Однако человек остается человеком, и он категорически не желает умирать. Скорее инстинктивно, чем осознано Огюст вцепился в колючие камни. Он всем телом вжался с них, стараясь понадежней спрятать незащищенное лицо.

Первое дуновение прохладного ветерка капитан воспринял как чудо. Настоящее чудо! Он жив! Как? Почему? Плазменный заряд угодил мимо двухметрового разлома и «головорезам» достались лишь отголоски его раскаленного дыхания? Может быть… все может быть. Надо спросить… надо срочно спросить у кого-то из капралов.

Подгоняемый тревогой и любопытством Моришаль вскинул голову верх. Он хотел крикнуть, но зов, уже готовый сорваться с его языка так и застрял в глотке, накрепко закупорив ее словно кляпом. Святые небеса, что это? Что произошло?

Каменный карниз, лишь секунду назад нависавший над капитаном, практически полностью испарился. На его месте в скале образовалась огромная оплавленная выемка. Камень внутри тускло светился от разогрева, от него клубясь и извиваясь, подымались струйки белесых дымков. Жоржа Пери нигде не было видно. Рутов же висел на самом краю воронки словно старая, потрепанная, всеми позабытая тряпичная кукла. Он не двигался… он казался мертвым.

Нет, только ни это! Моришаль взревел как затравленный лев. Вы чего, мужики? Как же это вас?! Позабыв о страхе и осторожности, Огюст ринулся вверх. Мысль о том, что может и ему самому угрожает смертельная опасность, не волновала офицера. Там был его солдат, его брат по духу и оружию. И он должен добраться, дотянуться, помочь, а все остальное уже не важно, в том числе и жизнь. Зачем тебе жизнь, если ты бросил товарища, если ты струсил и предал. Если все так, то ты не достоин жизни.

Капитан оказался рядом с Алексеем не больше чем через минуту. Он втащил обмякшее тело вглубь еще дымящейся воронки и ослабил линь. Горячий камень не мог повредить капралу. Защитный комбинезон с виду казался целым… закопченным, грязным, но целым. Сам же Огюст мог рассчитывать лишь ша защиту своих прочных теплоизолирующих космических ботинок. Но не дай бог взяться за камень рукой!

— Так сейчас. Потерпи чуток… Черт, как же это делается? — Моришаль хорошо помнил, что внутрь боевого комбинезона вшита автоматическая аптечка. Только вот как она включается? Можно ли ей управлять снаружи?

Едва слышный стон донесся из-под шлема. Вслед за ним черное тонированное бронестекло бесшумно скользнуло вверх. На капитана глянули глаза Рутова. В них еще стоял туман от только что пережитого шока, но сознание быстро прояснялось.

— Что произошло? Вы попали? Где «Вампиры»? Говори же! — Моришаль тряс капрала за плечи, пытаясь привести в чувства. Да, жестоко, да немилосердно, но рассусоливать не было времени.

— Одного зацепили,— едва слышно прошептал Алексей.— Живучий оказался. Ушел гад.

— А второй? Где второй?

— Второй… — Алексей сперва словно не понял вопроса.— Это второй по нам и шарахнул. Из лазерной установки, должно быть.

Рутов со стоном приподнялся и со смертной тоской оглядел по сторонам. Затем слабым грудным голосом просипел:

— Жорж… Выходит, Жорж накрылся?

— Центр воронки точно на том месте, где он находился,— капитан вздрогнул, так как неожиданно понял, что в воздухе стоит запах женой человеческой плоти.

— Черт! — Рутов застонал как от боли.— Мы сами их навели. «Вампиры» засекли наш залп и смогли применить высокоточное оружие.

— И что теперь? — Моришаль не стыдился спрашивать. В настоящий момент капрал понимал больше, чем он.

— А теперь все.— Алексей горько хмыкнул.— Он знает наше точное местоположение. Нам не уйти. Он сейчас вернется.— Капрал посмотрел мимо плеча командира и тихо добавил — Уже вернулся.

Огюст Моришаль резко обернулся назад. Воронка оказалась проплавленной под углом к горизонту. Так ее выжег лазерный луч, выпущенный с расстояния в пару километров. И это означало, что никакого края, никакого пусть призрачного укрытия за спиной не существовало. Одно высокое чистое небо. Ах, если бы чистое! Бескрайнюю голубую лазурь пачкал серый инверсионный след от идущего в пике космического истребителя.

Капитан понимал, «Вампир» вряд ли снова ударит лазерным лучом. Наводится больше не по чем, да и лучше действовать наверняка. Одного залпа из плазмомета волне достаточно, чтобы навсегда забыть об упрямых, причиняющих столько хлопот «головорезах».

Дьявол, как противно, гадко и глупо! Умирать вот так… без боя, без славы, без хотя бы призрачной надежды победить. Нет! Офицеру легиона не пристала такая жалкая смерть! Он умрет как мужчина, с оружием в руках! Моришаль тут же перехватил свою автоматическую G-36, передернул затвор и практически не целясь, выпустил короткую очередь.

Грохот выстрелов отрезвил капитана. Что толку попусту тратить патроны? Он должен попасть! Пусть эти сволочи, там под непробиваемым бронестеклом кабины увидят росчерки от его пуль… увидят и узнают, что ему не страшно, что он готов умереть. Пусть не Огюст, а они содрогнутся от ужаса, потому, что поймут — вслед за Моришалем, за Рутовым, за Пери прейдут их товарищи. Придет Мастер, придет Грабовский, придут все остальные. И вот тогда… гады, знайте — те из вас, кто выживет, позавидуют мертвым.

Капитан все точнее и точнее укладывал свои пули. Дела шли бы на много лучше если бы не дрожь в руках… Ох, эта предательская мерзкая дрожь! Моришаль не мог унять ее как не старался. Даже наоборот она становилась все сильнее и сильнее. Теперь дрожали не только руки, но и все тело, особенно ноги.

— Я ведь не боюсь! Мне не страшно! — выкрикнул капитан и попытался пошире расставить ноги. Так устойчивей, так легче стрелять.

Ничего не вышло. Ноги словно вросли в землю. Что за хрень такая! Огюст метнул быстрый взгляд вниз, на все еще горячий, дымящийся камень.

Он обмер. Камня под ногами больше не было. Его ступни уже по щиколотку погрузились в бурлящую поблескивающую цветом воронова крыла массу. Не может быть! Огюст задохнулся от счастья. Кракен пришел! Кракен вернулся! Кракен успел!

— Алексей! — Моришаль заорал, пытаясь сообщить товарищу радостное известие, но не успел. Капитану показалось, что земля разверзлась, и он тут же провалился в бездонную бездну.

Вовремя, ох, как вовремя! Подумал про себя офицер, прислушиваясь к зловещему грохоту где-то высоко у себя над головой.

предыдущая глава перейти вверх следующая глава