Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Часть I

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

Глава22

Глава23

Глава24

Глава25

Глава26

Глава27

 

Часть II

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

Глава18

Глава19

Глава20

Глава21

БИТВА ВО МГЛЕ

скачать книгу ОРУЖЕЙНИК

Уважаемые читатели, здесь вы можете почитать ознакомительную версию романа. Полный текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по цене 49 руб.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 19

Безмолвные джунгли Железного моря надёжно скрыли людей в своей густой чаще. Наконец десантники смогли сделать привал.

— Город чист.— Грабовский облегчённо опустился рядом с Николаем.— Охотники ушли в пустыню. Ох, устал… — Марк с удовольствием протянул натруженные ноги.

— Наверное, там, в Ядо, нашим парням сейчас жарко,— хмуро заметил Строгов.— Черт, хотя бы знать, успел Риньон или нет.

— Связь по-прежнему невозможна, нам остаётся только гадать.

— Да, как говорится, неизвестность — худшая из пыток,— покачал головой Николай.

— Это точно. Но она становится ещё более невыносимой, если просто так сидеть и ждать.

— Я не жду, я думаю.

— Давай думать вместе.

— Давай.— Строгов глубоко вздохнул и попытался привести мысли в порядок. Это было сложно. Не переставая ныло колено, да и симптомы лучевой болезни нельзя было назвать приятными. Но всё же он начал первым: — Единственное, что мы здесь нашли, это дряхлый «Зафир». Машина, конечно, едва дышит, но с её помощью мы могли бы подняться на орбиту.

— Здесь два, нет, даже три тонких места.— Грабовский знаком приказал своим людям не высовываться.— Во-первых, дотянет ли «Зафир» до орбиты? Во-вторых, даже если и дотянет, то что это нам даст? Безопасное убежище? Нет. Связь с Галактическим Союзом? Едва ли.— Марк безнадёжно махнул рукой.

— А какое третье тонкое место?

— Оно заключается в том, что шансов на возвращение «Зафира» почти нет. Он мог разбиться прямо за стеной Ульфа, его мог сбить «Райдхан», а может, приземлившись в лагере Лафорта, он уже просто не сможет взлететь.

Николай прекрасно понимал правоту друга. После отлёта Риньона он десятки раз перебирал все «за» и «против», просчитывал возможность усиления и модернизации флаера. Ничего хорошего из этого не получалось. Итогом всех изысканий неизменно являлась неминуемая гибель экипажа.

— Неважно, так или иначе, но вариант с «Зафиром» — глухой тупик,— Грабовский пришёл к тому же выводу, что и Николай.

— В этом случае выход один,— Строгов в упор посмотрел на Марка,— любой ценой захватывать корабль. Пробиваемся внутрь, отключаем автоматику и в ручном режиме, ф-фух… только нас и видели.

Всего-то! — Марк угрюмо засопел, очевидно, вспоминая свою прошлую попытку.

— Не робей! На этот раз мы знаем, что нас ждёт. Кроме того, Легардер сумел сохранить свою пушку. Вирус «Судьба придурков» — сильная штука. Вряд ли эгион корабля готов к встрече с ним. 

— Не всё так гладко,— невесело заметил Грабовский.— Ты хочешь прыгнуть в Z-пространство без навигационного слита?

— Наведёмся на глаз. Мы не привязаны к какой-либо из планет. Нам лишь бы вынырнуть где-нибудь за пределами Чёрной зоны.

— Хочешь повторить судьбу «Интеги»? Пачка сигарет, окажись она на месте выхода корабля из подпространства, рванёт как артиллерийский снаряд.

— Шансов пятьдесят на пятьдесят. Будем надеяться на лучшее.

— На бога надейся, но сам не плошай. Твоя поговорка?

— Моя, а что ты этим хочешь сказать?

— А то… — Марк придвинулся поближе к Николаю и достал карту.— Я начал этот разговор неспроста. Пока мы не ушли из Железного моря, нам нужно кое-чем обзавестись.

— Это чем же?

— Чистым навигационным слитом.

— Идея неплохая: рабочий и чистый… Ты думаешь, он здесь есть? — Николай с подозрением покосился на горы старого металла.

— Наведём справки.

— У кого? У отшельников? — Строгов разочарованно хмыкнул.— Ты же видел их. Они действительно продолжают использовать некоторые машины, но даже близко не подходят к высокоинтеллектуальным системам.

— Не все. Я тут выяснил одну вещь,— Марк указал на карту.— Вот где-то здесь, на самом краю Железного моря живёт один отшельник. Говорят, в прошлом это был блистательный харририанский учёный, светило робототехники. Не уверен, что гуманоид с такими способностями просто так взял и отказался от своей работы.

— Вполне возможно, что ты прав.— Николай прикинул шансы на успех.— Скажи, а что, этот тип и впрямь живёт совсем один?

— Один как перст. Ты видишь в этом проблему?

— Не знаю… — Строгов немного подумал.— События последних лет сильно отразились на жителях Агавы. Некоторые из них могли сломаться. Если этот затворник сумасшедший, нам будет сложно с ним договориться.

— Проблема инженера первой лиги Нагиры не в голове, а во внешности. Он урод. Именно поэтому он избегает общества своих соплеменников.

При слове «урод» в голове Николая всплыли карлики, горбуны, криворукие и косолапые существа, над которыми природа сыграла свою жестокую шутку. Строгов знал таких людей. Как ни странно, но все они были добрыми безобидными созданиями, достойными помощи, сочувствия и уважения. Находясь на этой волне, лейтенант поднялся со ржавого металла:

— Сколько туда идти?

— Если выйдем немедленно, завтра будем на месте. Проводник у нас есть.

— Тогда пошли.

Ощущение катастрофы не покидало Николая с того самого момента, как они увидели останки древнего звездолёта. Трёхсотметровая сигара лежала на гребне невысокой насыпи, посреди обширной песчаной поляны. Обитатели Железного моря как будто опасались космического странника. Созданные для наземной жизни, они предусмотрительно держали дистанцию и не приближались к таинственному пришельцу. Компанию кораблю составляла лишь пара ионных двигателей. Демонтированные и выпотрошенные, они покоились здесь же, подпирая борт корабля двумя массивными железными глыбами.

— Присутствие противника не обнаружено,— доложил с левого фланга капрал Лекомп.

— Чисто.— Находящийся справа Мартинес поднял руку.

— Тогда вперёд! Только без нервов. Смотрите, куда стреляете, ведь именно здесь и живёт наш незнакомый друг.

Небольшими перебежками, пригибаясь как можно ниже, разведчики преодолели расстояние, отделявшее их от корабля. Прижавшись к его стальному брюху, солдаты огляделись ещё раз.

— Всё спокойно,— объявил Марк.— Теперь нужно найти вход.

— Спроси у проводника,— посоветовал Николай.

Пока Марк расспрашивал аборигена, Николай повнимательнее присмотрелся к обшивке корабля. Странный сплав. Строгов провёл рукой по гладкой поверхности. Если смотреть в упор, похож на металл, но как только взгляд ложился чуть под углом, материал светлел и даже становился слегка прозрачным.

— Толком он ничего не знает,— Марк оторвал Николая от наблюдений.— Единственная стоящая информация заключается в том, что это танкер. А раз так, то все люки должны находиться в носовой части. Вся остальная начинка корабля — сплошные ёмкости.

— Если учесть, что двигатели валяются недалеко от нас, то мы сейчас в районе кормы.

— И я так думаю.— Марк с подозрением поглядел на дальний конец корабля, доверху занесённый чёрным песком.— Надеюсь, люк не засыпало.

— Вход в корабль должен быть свободен. Иначе как твой учёный умник смог поселиться здесь?

— Резонно.— Марк взмахом руки отправил вперёд Лекопма и Грандье.

Корпус звездолёта казался единым монолитом: ни иллюминаторов, ни внешних устройств, ни тем более дверей. Сплошная громада зеленоватого металла. Глядя на него, Николай вдруг подумал, насколько причудлива и удивительно разнообразна жизнь, как не похожи друг на друга обитатели разных миров. Эти различия как в зеркале отражаются в их технических творениях.

Группа прошла вдоль всего корпуса. Ничего. Развернувшись, они исследовали второй борт. Результат оказался тем же.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Грабовский почти с ненавистью смотрел на закупоренный звездолёт.

— Интересно, а отшельники ничего не могли напутать, или ты что-нибудь напортачил с переводом? — предположил Николай.— Вдруг Нагира жил здесь давным-давно, а сейчас от него осталась лишь куча костей, в которой уже не один раз порылись охотники.

— Ну, ты совсем делаешь из меня идиота! — возмутился Марк.— Посмотри на нашего проводника: он в таком же недоумении, как и мы.

Харририанин действительно выглядел потерянным. Он не переставал осматривать мёртвый танкер, растерянно ходил вперёд и назад, то нагибался, то приседал, то нетерпеливо подпрыгивал.

— Он определённо ищет не люк, а что-то другое.— Николай подозрительно глянул на Марка.— Видать, он нам не всё рассказал.

— Или мы плохо спрашивали.— Грабовский снял с плеча автомат и направился к проводнику.

Разведчик не успел сделать даже нескольких шагов. Система обнаружения сообщила о движении в правом верхнем секторе. Надпись засветилась перед глазами Строгова, заставляя лейтенанта немедленно начать поиск врага.

— Я вижу его! — крик Мартинеса оглушил Николая.— Он там, на крыше звездолёта.

Наводка была лаконичная и точная. Прицелы всех винтовок тут же отправились шнырять по металлической горе. Совершив несколько нервных биений, все они дружно уставились в одну точку.

Боже милостивый! Существо, которое увидели земляне, было сложно причислить к какой-либо из рас, а менее всего — к харририанской. Отсутствие всякой одежды позволяло хорошо рассмотреть это создание, которое и не думало прятаться. На глазах у солдат незнакомец покинул полукруглую покатую крышу и ловко пополз по борту корабля. Когда до земли оставалось не более трёх метров, он замер, приклеившись к металлу, как настоящий прилипала. Поначалу Строгов был немало удивлён этому свойству, однако, приблизив изображение, сразу нашёл ответ. Две пары тощих рук да кривые жабьи ноги покрывала тягучая клейкая слизь, благодаря которой и стал возможным такой трюк.

Неожиданная встреча поразила «головорезов». Они не опускали своё оружие, не зная, к какому лагерю причислить это существо. Кто перед ними: друг или враг?

— Вас что-то пугает? — наружные аудиосенсоры донесли до слуха солдат спокойный гортанный голос.

— Что? — не удержался от удивлённого возгласа Николай.— Это же интерлэви!

— Конечно же, интерлэви. А на каком другом языке я могу общаться с посланниками Галактического Союза? — Создание уставилось на Строгова своими большими чёрными глазами.— Рад нашей встрече. Разрешите представиться, меня зовут инженер Нагира.

Дыра в крыше звездолёта оказалась совсем не большой. Смерив её цепким взглядом, Грабовский удовлетворённо заметил:

— Меньше метра, но ничего, мы пролезем.— Марк переключил катушку линемёта на «спуск» и ловко юркнул в темноту пролома.

Проводив его взглядом, Николай посмотрел по сторонам. Всё казалось тихим и спокойным. Крупные яркие звёзды сияли на чёрном как смоль небе, ветерок посвистывал в складках боевого комбинезона и с лёгким шуршанием перекатывал чёрные песчинки… Ветер?! Откуда здесь ветер? Строгов обеспокоенно глянул в направлении городской стены. Башни силового поля больше не излучали в небо свой призрачный голубой свет. Сейчас они были мертвы, как и сам древний город.

— Марк, у нас новость,— Николай немедленно вызвал друга.— Морунги отключили защиту города. Ульф теперь открыт.

— Это хорошо… — Марк помедлил.— Или плохо?

— Больше плохо, чем хорошо.

— Почему? — в разговор неожиданно вмешался Нагира.

— Хорошо потому, что теперь мы сможем улететь. А плохо… Плохо потому, что морунги уже больше никого не боятся.

Долгое молчание, последовавшее за словами Николая, подтвердило его правоту. Поступок морунгов могло объяснить лишь одно — гибель «Головорезов». Остались только они. Это понимали все. Боль утраты смешалась с тревогой за свою собственную судьбу. Этот горький экстракт проник в самые дальние уголки сознания, заставляя почувствовать себя ничтожными букашками, бессильными против натиска смертоносного мира.

— Какого дьявола вы там копаетесь? — Строгов вывел солдат из оцепенения.— Мартинес, Грандье, начать подъём. После того как взберетесь наверх, организуете охрану входа. Капрал Лекомп, остаешься за старшего.

По звуку ранцевых лебёдок да ещё по тому, как натянулись закреплённые за край дыры страховочные тросы, Николай понял, что приказ выполняется. Ему больше нечего здесь делать. Проверив крепление своего линя, лейтенант спустился в тёмное нутро звездолёта.

Отсек, в котором очутился Строгов, оказался совершенно пуст. Всё оборудование было демонтировано и удалено. Взгляду Николая открылись абсолютно голые стены, на которых поблёскивали следы студенистой слизи. Это что, тамбур? Помещение должно было оградить Нагиру от незваных гостей. Без специального снаряжения ни спуститься, ни подняться. А если кто и сподобится на такой трюк, то для него приготовлена задачка номер два — десятидюймовая дверь с механизмом внутренней блокировки. Сейчас она была распахнута настежь и демонстрировала лейтенанту свои многозубые засовы. Ни Грабовского, ни Нагиры в отсеке не оказалось, поэтому Строгов без приглашения отправился на экскурсию по кораблю. Лейтенант быстро отыскал нужное направление. Следы! Цепочка слизистых отпечатков, миновав жилую палубу, привела Николая прямёхонько к коридору технической зоны.

Хотя компьютер с успехом рассеивал вечную мглу, вид древнего корабля зарождал за пазухой жутковатый холодок. Кто знает, как эта старая колымага, произведённая за сотни световых лет отсюда, попала на Агаву? Какие невиданные монстры составляли её экипаж? Чем закончился их последний полёт? Может, именно здесь, на том самом месте, где он стоит, происходила страшная агония, в которой корчились десятки живых существ? Почему Нагира выбрал именно это место?

Неожиданно глаза Николая наткнулись на кроваво-красные пятна. Капли и небольшие лужицы были совсем свежие. Они тянулись параллельно отпечаткам босых ног.

— Марк, на связь! Немедленно! — беспокоясь за судьбу друга, Строгов поднял FAMAS и бросился вперёд.

— Чего ты орёшь? — из третьей по счёту двери показалась голова Грабовского.— Мы здесь.

— Ничего,— Николаю стало стыдно за свой страх. Чтобы скрыть это, он позволили себе небольшую грубость.— Сколько я могу бродить по этому крысятнику? Вы что, не могли меня подождать?!

— Не волнуйтесь, друг мой,— профессор ответил вместо Марка.— Это не кровь, это суп, который я расплескал, почувствовав ваше приближение. Взволновался, знаете ли. Гости в моём прибежище это большая редкость, а тем более — земляне. Так где, говорите, находится ваша планета?

Вопрос был адресован уже Марку и, как видно, служил продолжением ранее начатой беседы. Пока Грабовский вспоминал основательно забытые звёздные координаты, Строгов дотащился до места. Ну конечно, где же ещё мог расположиться инженер-робототехник, как не в главном вычислительном центре! Танкер оказался настолько древним, что эгиона в нём не существовало. Вместо него отсек заполняло кольцо шарообразных слитов. Кабельные порты всех машин находились сверху, от чего компьютеры напоминали проросшие луковицы. Их извивающиеся металлизированные кабели дотягивались до самого потолка и терялись там в бесчисленных коммуникационных туннелях. Почти все машины были мертвы, и лишь только один самый дальний слит робко помигивал зелёным глазком на панели управления.

— Так вы говорите, вам нужен навигационный слит? — Инженер перехватил взгляд Николая.

— Совершенно верно.

— Значит, вы собираетесь захватить корабль? — Нагира сложил на груди все свои четыре руки.

— Собираемся.

— А для чего?

— Как для чего? — Марк не мог даже представить, что кто-либо желает задержаться на этой страшной планете.— Мы разведчики Галактического Союза. Выполняли особое задание Совета и теперь любой ценой должны доставить добытые нами сведения.

— Разведчики? Странный термин… — Инженер первой лиги запросто уселся на пол как бы предвещая долгий разговор.— Вы многое разузнали?

— Достаточно… — Грабовский последовал его примеру.— По крайней мере, мы знаем то, о чём Совет даже не догадывается.

— Но хотели бы узнать больше? — Строгов надеялся, что правильно понял, куда клонит странное уродливое существо.

Господи! Догадка вихрем пронеслась в мозгу Николая. Откуда на Агаве могло взяться это создание? Что вызвало эту страшную мутацию? Помнится, Марк говорил…

— Вы правильно догадались, лейтенант Строгов. Я был там,— голос инженера стал плавным и печальным.

— Где? — Марк перевёл взгляд с Нагиры на Николая.

— В Лабиринте Жизни,— Строгов почти шепотом произнёс зловещее название.

— Лабиринт нашли совсем не археологи,— вперив взгляд в бесконечность, вспоминал Нагира.— Мои роботы вели прокладку глубинного транспортного туннеля и наткнулись на него совсем случайно. Достигнув заданной глубины, машины повели себя очень странно, они словно взбесились.

— Они начали убивать? — предположил Грабовский.

— Нет, они начали рыть туннель совсем в другую сторону.

— Странно.

— Вот именно. Поведение горных проходчиков серии «607» немало удивило руководство строительства. Старые надёжные роботы всегда выдерживали направление проходки до сотых долей градуса. Теперь же они копали чуть ли не в обратном направлении. Особенно странным казалось то, что их было невозможно остановить.

Тогда-то и вызвали вас?

— Да. Как сейчас помню тот вызов.— Нагира тяжело вздохнул, закрыл глаза и проник мыслями в прошлое.— Он застал меня по пути домой. Я закончил работу в лаборатории и, развалившись в вагоне скоростного поезда, уже предвкушал живительные объятия восстанавливающей ванны.— Воспоминания о ванной повергли инженера в настоящую истерику. Он весь съёжился и, обхватив себя липкими слизистыми руками, жалобно заскулил.— Моё тело… оно не всегда было такое. Я был нормальным харририанином. У меня была семья, меня любили и уважали. А что теперь? Теперь я вызываю лишь чувство страха и отвращения.

Ноша, доставшаяся на долю харририанского учёного, и впрямь была тяжела и ужасна. Николай скорее пустил бы себе пулю в лоб, чем стал бы наблюдать за тем, как превращается в безобразного монстра. Но Нагира нашёл в себе силы и выжил. Единственный из тех, кому воочию довелось увидеть Лабиринт Жизни. Представляя, через что пришлось пройти инженеру, Строгов проникся к нему искренним состраданием. Николай сел рядом с харририанином и положил руку на худощавое плечо своего собеседника.

— Не плачьте, дорогой друг, всё ещё может измениться. И вы, и Агава имеете шанс стать прежними.

— Я тоже так думаю,— поддержал друга Марк.— Ваши коллеги… я имею в виду всех тех, кто побывал в лабиринте, умерли скоропостижно. Им не смогли оказать полноценную медицинскую помощь, ведь началась эта жуткая война.

— Война началась не сразу,— совладав с собой, Нагира вновь смог говорить.

— Как не сразу? — удивился Грабовский.— Разве планету не атаковали полчища невидимок, которые вырвались из подземелья?

— Это случилось потом, спустя почти месяц после того злополучного дня.

— Ничего не понимаю! — Марк был сбит с толку.

— Погоди,— Строгов прервал друга.— Давайте пойдём по порядку. Инженер Нагира, что произошло после того, как вы получили вызов?

— Я прибыл спустя два часа после инцидента. Меня уже ждала группа техников и несколько горных инженеров. Им так и не удалось остановить роботов. Машины, прокопав небольшой туннель, пробили ход в разветвлённую сеть подземных пещер, о существовании которых никто не догадывался. По ним они быстро скрылись в неизвестном направлении.

— И как вы объяснили такое непонятное поведение механизмов? — Грабовский внимательно посмотрел на инженера.

— Мы были ошарашены и обескуражены,— честно признался тот.— Ясно было одно: для того чтобы выяснить причину сбоя, нужно было как минимум протестировать одну из машин.

— И вы пошли в Лабиринт.

— Да.— Нагира опустил голову.— С первого шага я почувствовал неладное. В пещерах мы постоянно наталкивались на невидимые препятствия, которые спустя мгновение бесследно исчезали. Моё самочувствие ухудшалось с каждым шагом. Я старался не придавать этому значения, приписывая всё усталости и необычайно загазованной атмосфере. Вскоре я стал замечать, что не одинок в своих ощущениях. Шестеро моих спутников еле передвигали ноги. Мы не обладали специальным снаряжением и дыхательными приборами, поэтому должны были вернуться.

— Этим и закончилось ваше посещение Лабиринта? — Марк явно ожидал от рассказа большего.

— Это было только начало… — Инженер метнул на Грабовского горестный взгляд.— Мы заблудились. Много часов мы плутали по подземным туннелям. Коммуникаторы не работали, силы были на исходе. Естественно, что в таких условиях у некоторых членов нашей группы сдали нервы.

— Возникла паника?

— Нет, скорее столкновение характеров. Два молодых техника вышли из-под моего контроля и заявили, что сами найдут дорогу. Они оставили нашу группу. Сказали, что имеют свой собственный план действий, и были таковы…

На этом месте Строгов с Грабовским понимающе переглянулись. Раздор в команде — страшная штука, это первый шаг к гибели.

— Они не вернулись! — Нагира принял на свой счёт взгляды землян.— Они погибли! Никто и никогда их больше не видел.

— Успокойтесь, мы вас ни в чём не виним. — Строгов старался говорить без нажима.— Лучше скажите, как вам удалось спастись?

— Не знаю… — Инженер затряс головой.— Спустя несколько дней меня и ещё одного техника нашли спасатели. Мы были без сознания. Потом мне рассказали, что я лежал на ступенях подземного храма фиолов и держал в руках вот это.

Нагира засунул руку за один из слитов и извлёк оттуда потёртый мешочек, сшитый из синей форменной ткани. Он положил свой трофей на пол перед собой и стал аккуратно развязывать шнурок. Липкие приплюснутые пальцы куда больше подходили для лазанья по стенам, чем для распутывания узлов. Прошло несколько минут прежде, чем шнур поддался.

— Вот она! — Инженер добыл из мешка свою самую большую драгоценность.

Грани звезды сверкнули как перья воронова крыла. Их чёрный блеск будто обжёг землян. Звезда Нума! В следующую секунду офицеры оказались на ногах. Их оружие было готово разнести звезду в клочья.

— Стойте! — Нагира прижал камень к груди.— Она вам ничего не сделает.

Несколько напряжённых мгновений длилось молчание. Люди прислушивались к своим чувствам, стараясь понять: верить харририанину или нет. Николай совладал с собой первый:

— Если мы ещё живы, значит мертва она.— Строгов опустил винтовку.

— Нет, она жива.— Нагира продолжал закрывать своим телом каменное чудовище.

— Ты что-нибудь понимаешь? — Марк краем глаза покосился на Николая.

— Я уверен, что уважаемый инженер сейчас всё объяснит.

— Сначала уберите оружие! — Харририанин зло уставился на Грабовского.

Николаю жутко хотелось услышать историю Нагиры, но он знал упрямство друга. Пересилить его могли лишь убедительные аргументы.

— Марк, наша реакция быстрее. Мы всегда сумеем выстрелить первыми, по крайней мере, один из нас.

— Ладно, чёрт с вами.— Грабовский вновь сел, положив на колени свой МАТ-49. Оружие на предохранитель он ставить не стал.

— Всё в порядке, теперь вы можете говорить.

Прежде чем начать, харририанин несколько раз перевёл взгляд с одного человека на другого. Убедившись, что земляне полностью владеют собой, он поделился своей страшной тайной:

— Я жив только благодаря этой звезде.

Эта информация ничего не объясняла. Офицеры молчали, неотрывно следя за инженером сквозь тонированные стёкла боевых шлемов. Нагира почувствовал, что от него ждут продолжения.

— Внутри Лабиринта существует источник биоактивного высокоэнергетического излучения. Никто не знает, чем оно генерируется и от чего зависит его постоянно меняющаяся мощность. Ясно лишь одно: именно оно — первопричина всего того, что происходит сейчас или когда-либо происходило на Агаве.

— Чего именно? — Грабовский не любил общих фраз.— Вы можете говорить более конкретно?

— Оно делает невозможным работу средств связи, оно вызывает мутации органических клеток, оно же и создаёт морунгов.

— Ну, о чём-то подобном мы догадывались.— Николай с любопытством посмотрел на чёрную звезду.— Если морунги появились из Лабиринта, то логично предположить, что там они и родились. Единственная новость та, что всё это связано с излучением.

— Господин инженер,— в голосе Марка сквозило сомнение.— Если верить вашим словам, то Агава в последние годы находится в море неизвестного губительного излучения. Как же объяснить тот факт, что на планете ещё возможна жизнь: ваши соплеменники, затаившиеся в подземельях Ульфа; отшельники, живущие под открытым небом; наконец, мы, люди, пришедшие сюда совсем из другого мира?

Нагиру подобный вопрос абсолютно не смутил. Инженер даже улыбнулся довольный тем, что его собеседники мыслят в нужном направлении.

— Вы сами сможете ответить на свой вопрос, если хорошенько в него вдумаетесь. Догадайтесь, как хилые, изнеженные цивилизацией харририане могли выжить в первобытном мире войны и смерти? Как люди, привыкшие к солнцу, низкой гравитации и обилию кислорода, могут так успешно противостоять тяготам нашей планеты? Как простой газ мог превратиться в живые разумные существа?

— Вы хотите сказать,— смысл слов Нагиры стал доходить до Строгова,— что излучение, о котором мы с вами толкуем, не такое уж и губительное?

— Губительное?! — Нагира всплеснул четырьмя руками.— Да это источник жизни, который лелеял нашу планету миллионы лет. Только он волей каких-то космических сил оказался спрятанным глубоко под землю. Но мои роботы разорвали эти оковы. Они вызволили силы, которые природа захотела спрятать от нас.

— Да уж, по вам видна живительность этого источника! — Марк вернул Нагиру на землю.

— Я подошёл к нему слишком близко. Это как костёр. Огонь защищает и согревает, но стоит сунуть в него руку, и ты обожжешься, покроешься волдырями и рубцами.— Как бы иллюстрируя эти слова, инженер показал свои покрытые слизью руки.

История Нагиры требовала серьёзного осмысления. Николай пытался держать нить рассуждений, но коварная лучевая болезнь подтачивала его изнутри. У лейтенанта закружилась голова, а к горлу подкатила тошнота. Не контролируя себя, Строгов вдруг тихо застонал.

— Ник, что случилось?! — Грабовский в тот же миг взял на прицел инженера первой лиги вместе с его каменным другом.

— Стой! Ничего страшного, сейчас всё пройдёт.— Николай включил повышенную вентиляцию костюма и сделал себе очередную инъекцию стимулятора. Когда в голове прояснилось, он пошутил: — Здесь, на Агаве, меня больше поразила система охлаждения городского реактора, чем ваше, Нагира, живительное излучение.

— Вы больны, вам нужен врач!

— Я болен, но с врачом можно и подождать.— Строгов твёрдо решил не выпускать инженера из своих когтей. Николаю надоела неизвестность, а вместе с ней и вся эта паршивая планета. Он должен был выбраться с нее во что бы то ни стало.— Идём дальше.— Лейтенант сфокусировался на Звезде Нума.— Вы сказали, что звезда спасла вам жизнь. Это в переносном смысле?

— В самом прямом. Морунги — создания неорганического мира, это правда. Но всё же это форма жизни. А значит, как и все прочие формы жизни, она нуждается в пополнении своих энергетических ресурсов.

— Короче говоря, они должны что-то есть,— уточнил Строгов.

— Совершенно верно.

— И что же они едят? — Николай приготовился услышать очередную мерзость.

— Они, как вы говорите, «едят» это самое излучение Лабиринта,— инженер обманул ожидания лейтенанта.— На практике это напоминает накопление энергии у машин.

— Подзаряжаются как аккумуляторы,— Марк понимающе кивнул Николаю.

— Что такое аккумуляторы? — заинтересовался Нагира.

— Временные источники питания на нашей планете,— быстро пояснил Строгов, не желая отвлекать инженера от главной темы.— Но как связано питание морунгов с вашим спасением?

Нагира ответил не сразу. Он любовно положил руку на каменные лучи чёрной звезды и несколько секунд сидел абсолютно недвижимо. Когда наслаждение, дарованное этим контактом, переполнило его душу, харририанин тихо произнёс:

— Она всё время была со мной. Не знаю, как и откуда она взялась. То ли я нашёл её, то ли она нашла меня, но там, в Лабиринте, мы жили одной жизнью. Понимая, что я долго не выдержу излучения, понимая, что я умираю, звезда приняла на себя большую часть потока. Она как бы откачивала всю ту энергию, которую Лабиринт даровал мне, его опрометчивому посетителю… — Харририанин закрыл глаза.— Она и потом помогала мне. Все эти годы я жил вместе с морунгом. В том, что я сейчас сижу перед вами, заслуга не моего организма, не чудодейственных медицинских препаратов, а всего-навсего этого маленького существа.

— Я сейчас заплачу,— в голосе Грабовского не было ни грамма сентиментальности.— Жаль, что вашу историю не услышали миллиарды живых существ, которых добренькие морунги превратили в пепел. Среди них практически все жители Агавы и почти все мои товарищи.— Марк рывком встал на ноги.

— Мне понятен ваш гнев.— Нагира осторожно поднял глаза на лейтенанта.— Но мой рассказ — это не плод воображения, это реальный факт, подтверждением которого являюсь я сам.

Николай понимал, что это правда. Но поверить в существование безобидного морунга было так же немыслимо, как в сказочного джина. Образ врага невыводимым клеймом отпечатался в мозгу Строгова.

— Хорошо… — Николай ухватился за комбинезон Грабовского и заставил его снова сесть.— Допустим, что этот морунг ваш друг, что он хороший и добрый, ну а все остальные? У вас есть объяснение всей той резне, которая произошла на Агаве?

— И не только на Агаве,— сурово напомнил Марк.— Морунги уничтожили ещё восемь миров.

Под тяжестью убийственных аргументов Нагира согнулся как под грузом непосильной ноши.

— Все годы, проведённые здесь, я бился над этой загадкой. Я исследовал излучение, я пытался говорить со звездой, я строил теорию за теорией, но, увы, всё тщетно. Ясно только одно: в самом начале, когда мы только открыли Лабиринт, морунги были безобидны и, возможно, даже искали контакт с нами. Однако потом что-то случилось. В недрах Лабиринта произошёл некий катаклизм, который как будто изменил полюсность морунгов. Их что-то программирует на убийство. Да-да, программирует! Неорганическая жизнь, она ведь очень похожа на машины, вернее, она и является последней самой высокой ступенью в эволюции машин. Мыслящие, чувствующие машины — это была наша мечта, мы к этому стремились и грезили в самых сладких снах.

Где-то я это уже слышал. В памяти Николая всплыли слова Сержа Риньона. Профессиональный контрразведчик со своей шпионской колокольни тоже оценивал морунгов. Он сравнивал их с людьми. Силился представить, могут ли эти кремниевые создания ассимилироваться в нашем мире и стать серыми кардиналами, использующими Землю в своих страшных планах. У Сержа, как и у Нагиры, ничего не вышло. Морунги категорически не вписывались в образ скрытых врагов. Психология у них, видите ли, не та! Строгов частенько думал об этом. Психология, может, и не та, но поступают они совсем по-нашенски: бомбардировки, диверсии, скрытые агенты… Выглядит все так, как будто морунги прослушали спецкурс по военным переворотам в какой-нибудь академии ЦРУ. Интересно, что скажет по этому поводу Нагира. Николаю очень захотелось услышать мнение специалиста с многолетним стажем, но зародившуюся идею сорвал раздраженный голос Грабовского:

— Позвольте вырвать вас из царства грёз и задать один очень неудобный вопрос? — Марк явно не пылал любовью к жителям Лабиринта.— Кто убил фиолов?

— Фиолов? — Нагира не ожидал такого поворота.

— Да фиолов.— Грабовский испытывающе уставился на инженера.— Если морунги раньше были безобиднее мухи, кто же тогда разделался с древними жителями Агавы? Я видел кадры хроники. Подземный храм весь завален их мумиями!

— Я не думал над этой темой.— Харририанин спрятал глаза.— Я тоже видел эту хронику, но отнёсся к ней как к чисто эволюционному процессу. Одни цивилизации умирают, другие приходят им на смену. Это вполне естественно и закономерно.

— Но не тогда, когда жизнь и смерть связаны с одной точкой на планете. Ваш Лабиринт Жизни — проклятие для всей Вселенной! Если мы выберемся отсюда, я приложу все силы для его уничтожения.

— Вы жестоко ошибаетесь! — в ужасе вскричал Нагира.— Лабиринт — это жизнь! И фиолы понимали это. Именно они воздвигли храм у врат Лабиринта. Они обожествляли и почитали его…

Перепалка Грабовского и инженера могла зайти далеко, если бы Николай вдруг не вспомнил о цели их прихода.

— Я думаю, наш спор перешёл в чисто академическое русло,— спокойным ровным тоном Строгов охладил разыгравшиеся страсти.— Ни у кого из нас нет достаточных доказательств для обоснования своей правоты. Поэтому вернёмся к самому первому вопросу.

— Какому? — хором переспросили Марк и Нагира.

— Нам нужен навигационный слит! — рявкнул Строгов, раздражённо глядя на своих собеседников.

— Ах да, слит,— задумчиво повторил харририанин.

— Именно слит. Вы нам его дадите?

По виду Нагиры Строгов с досадой предугадал ответ.

— К сожалению, у меня нет навигационного слита.— Инженер горько вздохнул.— Всё, что мне удалось найти в Железном море, это десяток архиваторов и несколько домашних аналитических машин.

— Понятно… — Марк устало махнул рукой.— Этот день мы убили зря! Ну что ж, будем прыгать в подпространство с закрытыми глазами. Авось повезёт.

— У меня нет слита,— повторил Нагира уже более решительным тоном,— но это не значит, что я не могу вам помочь.

Друзья без слов уставились на инженера.

— Я полечу с вами. Лабиринт изменил не только мою внешность, но и мои ощущения мира. Я читаю мысли и вижу то, что недоступно другим. Мне кажется, я смогу предупредить вас об опасности.

предыдущая глава перейти вверх следующая глава