Главная

В раздел Книги

Оглавление:

Глава1

Глава2

Глава3

Глава4

Глава5

Глава6

Глава7

Глава8

Глава9

Глава10

Глава11

Глава12

Глава13

Глава14

Глава15

Глава16

Глава17

ОРУЖЕЙНИК

Книга  первая

Тест на выживание

Глава  11

Когда-то очень давно я водил своего малолетнего сына в кино. Вся страна, да и наверное весь мир тогда болели историей под названием «Властелин колец». В общем-то сказка для среднего школьного возраста. Маги там всякие, чудища разного калибра и конструкции, мультяшные уродцы. Короче нормального взрослого человека, да еще который до этого целый день в танковых моторах копался, уже в середине фильма сон сморит. Со мной, честно говоря, так и произошло. Перекемарил я всю эту муть и, похоже, именно от данной части программы и получил наибольшее удовольствие.

Почему я сейчас все это вспомнил? Да потому, что мне вдруг показалось, что я перенесся назад во времени, и тот киносеанс еще не закончился. Потревоженный зудом в отсиженной заднице, я проснулся, открыл глаза, взглянул на экран и обнаружил там все тех же персонажей: гурьбу отвратительных монстров во главе с их покровителем и властителем — черным-пречерным магом.

Человек, которого я видел сквозь дыру в стене, и впрямь походил на колдуна из классического фэнтези. Черный балахон из грубой, словно самотканой материи спускался до самых пят. Капюшон накинут на голову так, что лицо тонуло в густой тени. Только лишь иногда можно было заметить острый гладко выбритый подбородок и сложенные трубочкой губы. Да, это был он, свистун, который производил так заинтересовавший меня звук. Незнакомец ходил между кентаврами, разговаривал с ними, ласково гладил по загривкам.

Наблюдая за этой невероятной, не укладывающейся в голове идиллией, я почему-то сразу подумал о радиации. Подумал и поежился. Неужели незнакомец не знает об опасности заражения? А может просто игнорирует ее? А может радиация ему не страшна? Из этого последнего, заданного самому себе вопроса, следовало логическое продолжение — а человек ли это вообще? Пребывая в полной растерянности, я следил за рукой существа в черном. Касается ли она чешуйчатой шкуры? А, может, ладонь затянута в перчатку? С тридцати шагов, разделяющих нас, деталей разглядеть никак не удавалось.

Когда я уже решил поставить крест на этом бесперспективном занятии, фигура в балахоне приблизилась к одной из ящериц. Этот кентавр лежал на брюхе хвостом ко мне. Я четко видел поднятую вертикально переднюю часть его туловища. Она оказалась затемненной, на фоне светлых красок летнего дня почти черной. Когда худощавая рука незнакомца угодила в эту тень и поползла по чешуйчатой шкуре, произошло нечто. На пальце у колдуна вспыхнула яркая красная звездочка. Кольцо с большим красным кристаллом. И кристалл этот светился.

Я как завороженный следил за алым огоньком. Он походил на отметку лазерного прицела. Неведомый стрелок словно искал цель, точку, в которую следует нанести удар. И этот снайпер знал свое дело. Огонек быстро полз к голове твари. Верхняя часть спины, короткая толстая шея, загривок… В тот миг, когда рука человека легла на затылок кентавра, там вспыхнул яркий двухцветный рисунок. Красные и синие пятна проступили сквозь шкуру и призывно замигали.

Цирк-зоопарк! — вырвалось у меня.

Я произнес эти слова совсем тихо. Ей богу тихо. По крайней мере, ничуть не громче, чем когда разговаривал с Нестеровым. И все же незнакомец услышал. Он убрал руку с головы бестии и медленно повернулся в мою сторону. Он не шевелился, он просто стоял и смотрел. Мне показалось, что наши глаза встретились. Но разве такое возможно? Кто может разглядеть крохотную дырочку с расстояния не менее двадцати метров, а тем более увидеть сквозь нее скрывающегося за стеной человека? Он смог. Я понял это по презрительной улыбке, скользнувшей по тонким губам.

Продолжать эту зрительную дуэль не имело ни малейшего смысла. Сейчас властелин кентавров натравит на нас свою армию. Стальные стены некоторое время смогут сдерживать их напор, но потом… Потом лично я постараюсь подороже продать свою жизнь.

Я отпрянул от стены и стал ошалело оглядываться по сторонам. Не помню уж, то ли искал где спрятаться, то ли чем вооружиться, а может и то и другое вместе.

— Григорич, ты чего?

Голос Нестерова привлек мое внимание. Майор проснулся и, привстав на локтях, глядел на меня. Анатолий видел, что с напарником творится что-то неладное, да только не мог взять в толк что именно.

— Нас засекли! — выдохнул я самым громким шепотом, на который был способен.

— Но как…? — майор рывком вскочил на ноги.

Уже более осмысленным, внимательным взглядом он прошелся по мне, по валяющейся рядом электродрели. Понимание всей предистории отразилось на лице старого сыскаря.

— Что б тебя… — прошипел он.— Теперь все коту под хвост!

— Там был человек. Это он…

Я ткнул пальцем в сторону стены. Мне хотелось рассказать, объяснить, что все было сделано правильно, что в случившемся нет моей вины. Это будто черная магия, сверхъестественная сила противостоящая нам. Только вот Нестеров не стал слушать. Он уже жил своими мыслями, строил планы обороны.

— Ангар крепкий… — майор говорил сам с собой.— Минут двадцать у нас есть.— Его взгляд упал на лучик света, бьющий из просверленного мной глазка.— Подвинься! — Нестеров подбежал и бесцеремонно, не делая скидок на увечья, отпихнул меня в сторону.

Милиционер прильнул к отверстию и долго смотрел. Я ждал с бешено колотящимся сердцем. Анатолий должен увидеть, должен поверить мне. То, что произошло, это чертовщина какая-то.

В конце концов, Нестеров закончил свои наблюдения и повернул ко мне лицо, довольно спокойное, расслабленное лицо:

— Вроде все тихо,— прошептал он.— Часть кентавров ушла. Остальные точат об асфальт какие-то железяки.— Майор нахмурил брови.— Ты чего панику поднял?

— А человек?

— Какой еще человек? — Анатолий отрицательно покачал головой.— Нет там никакого человека.

— Как нет? Я же сам видел!

— Хочешь, посмотри,— Нестеров отодвинулся от глазка.

Конечно же я посмотрел. Тот же пейзаж, та же автостоянка и наверняка те же самые твари. Только фигуры человека в балахоне нигде не было видно. Да и кентавры вели себя спокойно и тихо, словно занятые очень важным делом.

— Они оружие делают,— озвучил наблюдаемую мной картину милиционер.— Ишь, додумались, сволочи! Будто подсказал кто. Увидеть они такого не могли. Мы вроде как до копий и топоров пока еще не опустились.

Замечание Анатолия что-то во мне всколыхнуло, поспособствовало появлению какой-то мысли. Однако схватки были, но роды так и не начались. Видать еще не пришло их время.

— Надо будет нашим рассказать,— мысль была здравая, но совершенно не та.— С их-то силищей… Копьями стрелков со стен вполне смогут посшибать.

— Доберемся, расскажем,— вздохнул Нестеров.— Только бы добраться.

— Погрузчики,— протянул я.

— Что погрузчики?

— Вон там стоят два погрузчика,— указал я в дальний конец склада.

— Ну и что? — майор скривился.— Полагаешь, их можно будет завести?

— Вполне возможно. Двигатели простенькие, без всяких там наворотов. Все это время под крышей стояли.

— Ты инженер, тебе виднее,— Анатолий уже с гораздо большим интересом покосился на две желтые машины.

— Который сейчас час, как по-твоему? — спросил я, глядя в том же направлении.

Милиционер пожал плечами:

— Примерно полдень.

— И мне так кажется,— согласился я.— Времени должно хватить.

— До сумерек? — догадался Анатолий.

— До сумерек,— подтвердил я.— На ночь кентавры прячутся. Ночь не их время. Правда, и не наше тоже, но слава богу существует смычка. Те самые час-полтора, о которых ты говорил.

— На своих двоих я бы вряд ли успел доковылять до лагеря,— честно признался Нестеров.— А вот на колесах, это вполне… Если, конечно, в пути ничего не приключится.

— Помоги мне дойти до машин,— попросил я.

— Дойти…? — Анатолий смерил меня оценивающим взглядом.

— Ребра сломаны, но ноги, насколько я могу судить, целы. Так что ходить, вроде, должен.— Я протянул Анатолию свою слабую дрожащую руку.— Ну же, давай!

Милиционер проигнорировал предложенное мной рукопожатие. Он зашел мне за спину и подцепил под руки.

— Готов?

— Смотри, старикан, не урони,— пробубнил я, собираясь в комок.

— Он еще что-то там вякает, немощь убогая. Молчи и терпи.— Нестеров потянул вверх.

Он старался поднимать меня очень аккуратно и это помогло. Боль конечно же вернулась, но несравнимо меньшая, чем при моих самостоятельных физических упражнениях. Это хорошо. Теперь я смогу думать не только о ней, теперь я смогу сосредоточиться на работе.

Пока мы ковыляли, я делился с Анатолием своими мыслями, а может это была такая форма размышления вслух:

— У нас тут два погрузчика. Один обычный вилочный, другой с ковшом. Мини-экскаватор мне нравится больше. Он устойчивей, быстрее и маневренней, а ковш это дополнительная защита, плюс место для пассажира. В кабину мы вдвоем, скорее всего, не поместимся. Так что тебе придется прокатиться с ветерком.

— Почему мне? — поинтересовался милиционер из-под моей руки, которая сейчас была заброшена ему на шею.

— Ты когда-нибудь водил такую тарантайку? — осведомился я.

— Что я за рулем ни разу не сидел? — обиделся милиционер.— Разберемся.

— Нет уж, разбираться или там практиковаться мы сейчас не будем,— отрезал я со всей категоричностью, на которую был способен.— Поведет более опытный водитель. И на этом точка, майор.

Уже давненько я не употреблял этого «майор». Слово вырвалось само собой. Видать где-то в глубине подсознания все же жила память о том кто есть кто. Я — полковник. Нестеров — всего лишь майор.

— Ладно, как знаешь,— милиционер хмыкнул, уловив мой намек на субординацию.

Оказавшись возле машин, я подумал, что ошибся в оценке финансового состояния хозяев дома. Строительная фирма была не столь богата. Это ярко продемонстрировала техника. Вся она оказалась китайской. Ну что ж, у китайского транспорта, говорят, тоже есть колеса. И, кстати, имеется одно неоспоримое особенно в нынешних условиях преимущество — практически полное отсутствие электроники. Электроника сейчас, так сказать, рудимент, сладкое воспоминание о прошлом. Выгорела она вся дотла после тех памятных электромагнитных бурь в самом начале войны.

Да-а-а… — протянул Нестеров, заглянув в кабину ковшевого погрузчика.— Тут оказывается рычаги, как в танке.— Майор усадил меня на колесо машины и со вздохом признался: — Беру свои слова обратно. Управляй ты.

— Консенсус достигнут,— вспомнил я любимое словечко первого и последнего советского президента.

Теперь-то что делать? — милиционер огляделся по сторонам.— Командуй, полковник.

Анатолий не спустил мне недавнего наезда и отыскал возможность нанести ответный укол, на что я лишь только улыбнулся.

— У меня для тебя два задания. Первое. Найди лестницу, подставь под окна, а затем осторожно, слышишь, очень осторожно выгляни наружу. Узнай как там. Нет ли чего подозрительного.

— Все ищешь того призрака, что тебе давеча померещился? — как бы между прочим осведомился майор.

— Второе,— я пропустил сарказм компаньона мимо ушей.— Отыщи инструменты: ключи, отвертки, плоскогубцы.

— Сделаем,— Нестеров с подозрением покосился на меня.— А оставлять-то тебя в одиночестве можно? Не убьешься?

— Тут есть за что уцепиться,— я похлопал ладонью по стреле погрузчика.— Да и машина-то… мелочь пузатая, даже влезать никуда не придется. Так что ниже пола не упаду.

Анатолий вроде как согласился с моими доводами, кивнул и отправился на поиски.

Оставшись один, я постарался сосредоточиться. Это оказалось ей богу непросто. Голова гудела и при любых даже не очень резких движениях норовила устроить мне пляску с последующей тошнотой и отключением света. Видать сотрясение, а то и ушиб мозга многолапые мне все же оформили. Великое им «спасибо». Вот очухаюсь, тогда и отблагодарю гадов по полной программе.

Однако не только мое плачевное физическое состояние не давало настроиться на работу. В мутном пришибленном сознании то и дело всплывал образ того человека в черном балахоне. Он не галлюцинация, в этом я был уверен, и все эти подколы Нестерова чушь собачья. Но если незнакомец не привидение, тогда кто? Дрессировщик? Укротитель кентавров?

Хотя голова моя и была занята таинственным повелителем кентавров, но руки, как бы живя отдельной жизнью, делали то, что отлично знали и умели. Вначале я открыл крышку топливного бака. Заглянул внутрь и заметил легкий отблеск колеблющейся жидкости. В нос ударил знакомый запах. Соляра. Полный бак. Порядок! Начало мне понравилось. Теперь масло, вода, аккумулятор, воздушный фильтр. Я открыл кожух моторного отсека и занялся осмотром. Дизель, четыре цилиндра. Масло в норме. Вода…? В расширительном бачке сухо как в пустыне. Аккумулятор…?

Батарея мне сразу не понравилась. Хотя и герметичная гелевая, но вид у нее прямо скажем неважнецкий. Такое впечатление, что аккумулятор использовали в качестве наковальни, весь исцарапанный, во вмятинах, забрызганный то ли гипсом, то ли известкой. Убить этих строителей мало!

Следующим моим клиентом стал воздушный фильтр. Именно воздушные фильтры в нынешней экологии погибают первыми. Всему виной какой-то мерзкий зеленый грибок, который страсть как любит селиться в складках бумаги. Первый же взгляд на фильтр погрузчика подтвердил мои худшие опасения. Из дырочек в его корпусе кое-где показалась склизкая зеленая масса. Вот цирк-зоопарк! Стараясь не вымазать руки, я отвинтил негодную запчасть и швырнул ее на пол. Сегодня маленький китайский друг будет дышать полной грудью. Это явно не продлит его годы, но один день может и потерпеть.

Все остальное вроде как в норме. Погрузчик оказался нестарый, и заездить его как следует не успели. Что же касается имеющихся проблем… Подумаем. Время пока терпит. Получив представление о двигателе, я решил взглянуть на водительское место. На месте ли ключ зажигания, или придется, словно в плохом детективе, колдовать с проводами?

Пока лез к кабине, мысли вновь соскользнули к увиденному снаружи. У того человека был перстень, который взаимодействовал с прибором, вживленным в голову кентавра. Очень интересный факт. Он говорит о том… А собственно говоря о чем? Что я видел одного из тех, кто наградил свирепых многоножек этим устройством? А может это очередной белорус, который раздобыл пульт управления монстрами на все той же платформе ханхов? Кстати, этот вариант прекрасно объясняет тот факт, что незнакомец не натравил на нас тварей. Он сейчас просто играет в этакого чародея. Пошил себе этот дурацкий балахон и наслаждается неожиданно свалившимся могуществом.

До кабины я добрался быстро, вернее, до входа в кабину, так как в этом микробе кабина чуть ли не во весь кузов. Вход располагался с передней части, прямо над ковшом. Маленькая дверка, одновременно служившая и входом и лобовым стеклом. Распахнув ее, я пробежал взглядом по немногочисленным приборам. Торчащий в замке ключ зажигания сразу бросился в глаза. На нем болтался металлический брелок, выполненный в виде многолистника конопли, любимый дизайн наркоманов и дебилов. Так, одной проблемой меньше,— вздохнул я с облегчением. Таким образом, главной задачей оставался поиск воды для системы охлаждения.

Что касается воды, тут у меня имелись некоторые мысли… Стараясь обнаружить какой-нибудь подходящий сосуд я огляделся по сторонам. Ведра на складе имелись, но стояли они довольно далеко. Нестеров, который уже спускался по стремянке после инспекции второго по счету окна, находился буквально рядом с ними. Я немедленно замахал ему рукой. Звуки производить не рекомендовалось, а вот движения… двигайся сколько влезет. Майор заметил и вопросительно поглядел на меня. Я ткнул пальцем в сторону ведер и показал, что нужно взять лишь одно.

— Я правильно понял? — Анатолий поставил у моих ног вымазанное в зеленую краску оцинкованное ведро.

— Правильно,— я одобрительно кивнул.— Вода нужна. В радиатор залить.

Не дожидаясь вопроса «Где ее взять?», стал расстегивать брюки.

— Раньше надо было говорить,— Нестеров отвел глаза в сторону.— А то я уже облегчился.

— Кто мог знать, раньше-то,— я покачнулся и тут же схватился за стрелу погрузчика.— Держи! — вырвалось само собой.

— Что держать? — возмутился майор.

Цирк-зоопарк! — зашипел я.— Не «что?», а «кого?». Меня держи, а то упаду.

Милиционер с честью справился с обязанностями вешалки, на которой я болтался, пока шел процесс наполнения ведра. Хотя наполнение это громко сказано, скорее увлажнение.

— Сколько влазит в радиатор? — Анатолий с тоской поглядел на плоды моих стараний.

— Не знаю. По габаритам двигатель как у легковушки. Значит и система охлаждения должна быть аналогичной. А это литров восемь.

— Где остальное возьмем?

— Ты добавишь,— огрызнулся я.

Майор словно не услышал.

— Мы ничего не пьем, поэтому и выделять ничего не будем.

Я облизнул пересохшие губы:

— Глубокая мысль. Значит поедем с сухим радиатором. Если поедем, конечно. Сколько протянем, столько и протянем. Дальше пойдем пешком.

— Ага, ты что ли пойдешь? — Нестеров невесело покачал головой.— Надо что-то придумать.

— Может поискать здесь на складе? — предложил я.— В конце концов, мы же не питьевую воду ищем.

— Нормальная идея. Я погляжу.

Майор хотел уже отправиться на поиски, но я остановил его.

— А как там снаружи? Что видел?

Снаружи-то… — Нестеров слегка замялся.— Да вообще-то ничего особо интересного. Одни твари появляются, другие уползают. Движняк одним словом. Правда, есть одна странность, одна мелочь…

— Какая?

— Те кентавры, что приходят, они почти все с собой что-нибудь тянут. Вещи наши человеческие, которые в городе отыскали или добычу, зверье разное, что тут в окрестностях шастало.

— А дальше? Девают куда они это все?

— А шут его знает! Ни в одно из окон не видать. Не будем же мы ради этой фигни сверлить новые дырки.

— Действительно странно,— подтвердил я, хотя если честно, то как и Анатолию, мне эта информация показалась полностью бесполезной. Чудачества кентавров это отнюдь не моя специализация. Я механик и оружейник, а не какой-нибудь последователь Пржевальского.

Вспомнив о ремонте погрузчика, я тут же изменил тему разговора:

— Толя, ты помнишь, что нужно найти?

— Инструменты и воду,— Нестеров ничего не забыл.

— Тогда иди.

Милиционер успел только лишь развернуться, но я остановил его:

— Погоди.

— Чего еще?

— Аккумулятор.

— Что, сдох?

— Пока не знаю, но доверия он мне не внушает. Два года, знаешь ли… большой срок.

— А ручкой кривой запустить никак нельзя?

— Серость! Ручкой уже лет тридцать как не маслают. Молодежь даже не знает что это такое.

Нестеров грустно вздохнул:

— Жаль. У меня на «копейке» такая штука имелась. Проще тогда все было, легче и понятней.

— Это ты о технике или о жизни?

— Обо всем,— в голосе милиционера проскользнули ностальгические нотки.

Хотя я валился с ног, однако на подспудное желание майора посидеть, посудачить о былом все же не повелся. Быть может, нутром чуял, что прежде чем этот чертов погрузчик сдвинется с места, мне придется с ним основательно повозиться.

— Толя, когда будешь осматривать склад, помни про аккумулятор. Может где увидишь запасной.

— Где ж его… — милиционер начал и осекся. Его взгляд остановился на вилочном погрузчике.— Может, у него разживемся? Это шанс.

— Шанс… — я криво усмехнулся, а затем указал на погрузчик.— У нас действительно имеется отменный шанс загробить наш единственный транспорт.

— Не понял,— удивился Нестеров.

— Это электромобиль. Потребляет киловатт десять, не меньше. Так что если опрометчиво подключиться, то всю проводку, а с ней и стартер нахрен спалим. 

— А если энергии меньше, если как раз столько, сколько нам и требуется для запуска?

— Это придется проверить. Правда, пока не знаю как.— Я на секунду задумался.— И еще одно… Этот аккумулятор, он ведь здоровенный. Мы его на нашу «ласточку» поставить не сможем. Завестись, если фарт будет, это да, ну а дальше…

— Не дай бог заглохнуть где-нибудь по пути,— закончил за меня майор.

— Вот именно,— подтвердил я.— Однако это проблема из будущего. О ней пока можно не думать. Сперва попробуем завестись.

Попробовать завестись. Это желание накрепко засело у меня в башке. Поэтому когда майор ушел, я как маньяк вновь двинулся к дверям кабины. Мне действительно нетерпелось попробовать, прямо как ломка у наркомана или жажда у вампира. А вдруг произойдет чудо? Один поворот ключа, и двигатель пробудится. Вот тогда с ненавистной гнетущей и давящей неопределенностью будет покончено.

В кабину я забрался с невероятным трудом, но все же забрался. Отдышался пару минут, плюнул, дунул, неумело перекрестился, чего не сделаешь для лучшего воспламенения топлива, и дрожащими пальцами повернул ключ зажигания. За спиной послышался характерный стрекочущий звук. Музыка для любого автолюбителя. Правда, по первым же ее аккордам я все понял, все осознал. Стартеру не хватает энергии. Крутанул пару раз и сдулся. Большего, мол, не просите, и так постарался.

Как говорится, что и требовалось доказать. Ожидание, что все будет легко, оказалось утопией. Для того чтобы этот стальной зверь зарычал во весь голос… На этой мысли я осекся и весь похолодел. Твою мать, это что ж я, тупень этакий, творю?! Ведь получись у меня с мотором… Звук работающего двигателя разнесется далеко за пределы ангара. Кентавры его вмиг услышат. Страшно даже представить, что начнется тогда.

Выходит, попробовать еще раз можно будет только в сумерки, непосредственно перед самым нашим стартом. Вот какой цирк-зоопарк получается. А что прикажете делать, если двигатель не запустится и на этот раз? На то, чтобы разобраться с неполадкой, времени не останется. Сумерки они ведь не резиновые. Через полтора часа наступит ночь, и призраки выйдут на охоту. Вспомнив о призраках, я вздрогнул. Спасения от этих чудовищ нет, от своих жертв они не оставляют ничего.

Чтобы окончательно не вгонять себя в тоску, я принялся просчитывать несколько иное продолжение этой истории. Ладно, пускай попытка номер два провалилась. Что дальше? А дальше наступит мрак. Ремонтировать погрузчик я все равно не смогу. Во-первых, темно, во-вторых, надо будет сидеть тихо как мыши, чтобы ненароком не привлечь внимание властителей ночи. Так что третий шанс нам представится лишь утром, если конечно доживем до этого самого утра. Ну, а если и утром прокол, тогда все… полная торба. Поселок снимется и уйдет. Догнать Крайчека у нас не будет ни малейшей возможности. Можно выцарапывать на ржавой стене ангара слова прощания, мастерить из проводов удавку и вешаться. Я где-то слышал, что смерть от петли не столь уж мучительна, словно засыпаешь.

Сам того не желая, я покосился на катушки с электрическими проводами. Вон их сколько, выбирай какой пожелаешь. Вам, товарищ, потоньше или потолще? Чтобы перерезало горло или удавило мягко и нежно? А так же подумайте насчет цвета. Синенький будет хорошо идти к фингалу под глазом, а черненький великолепно гармонирует с цветом вашего единственного ботинка.

Обилие электропроводки послужило развитию, трансформации моей мысли. Нет, конечно же не той, что касалась самоубийства. Я подумал об аккумуляторе электропогрузчика и еще о том, что строительная фирма, пожалуй, занималась не только возведением стен и укладкой бетона. В ее штате наверняка состояли и электрики. Так что вполне вероятно, что здесь, среди инструментов находятся и их причиндалы. Мне нужен тестер или хотя бы пробник.

Кому же еще было по плечу отыскать все эти сокровища, как не старому опытному сыскарю? Нестеров, который только что принес набор ключей и отверток, помог мне выбраться из кабины и сразу же отчитал за идиотскую опрометчивую попытку запустить мотор. Я повинился, чем слегка успокоил компаньона. В конце концов, он взял с меня слово, что с самодеятельностью покончено и только после этого выслушал новое задание.

— Что ж, надо так надо,— майор потряс головой, разгоняя усталость.— Пойду. А то чем дальше, тем тяжелее. Силы уходят как вода в песок.— Нестеров подцепил ведро с нашими прямо сказать мизерными запасами охлаждающей жидкости.— Заодно погляжу чем бы его наполнить,— пояснил он.

Может для поднятия морального духа Анатолию стоило что-нибудь ответить, сказать слова поддержки. Но у меня, честно говоря, на это уже не осталось сил. Я с тяжелым сердцем глядел в спину удаляющемуся милиционеру. Тот шел как пьяный, тяжелой походкой на заплетающихся ногах. Но все же шел!

Ума не приложу, чтобы я без него делал,— подумал я и, наверное, уже в тысячный раз обложил себя последними словами за то, что вчера даже не попытался спасти майора. Но может хоть сегодня удастся вернуть часть этого долга? Вытяну его, ну а заодно, так уж и быть, самого себя.

Перевалившись через край моторного отсека, я копался в двигателе, проверял и подчищал контакты, подтягивал ремни, укреплял патрубки. Короче, как только возможно пытался ублажить нашего железного друга. Только бы он ожил, заурчал своим китайским голоском.

Сколько я так копошился, сказать трудно. От работы меня отвлекло бряцанье металла. Так металлическая ручка бьет по ободу ведра. А может так оно и есть? Я с трудом повернул голову. Первое, что я увидел, был Анатолий. Он сидел на полу, изнеможенно привалившись к колесу мини-экскаватора. Рядом стояло ведро… полное до краев. Внутри бралась пеной какая-то мутная белесая жидкость.

— Что это? — я не поверил своим глазам.

— Проявил находчивость и смекалку,— майор пошутил без тени улыбки на лице.

— Полагаешь, это можно залить в систему охлаждения?

— Основа водная, гарантирую.— Милиционер сделал паузу. Чтобы объяснить, ему потребовалось подкопить чуток сил.— У них тут краска имелась. Водоэмульсионка. Негодная. Видать сто раз замерзала и оттаивала. Расслоилась совсем. Вот ту гамулу, что сверху образовалась, я и слил. Добавил кое-что лично от себя, вот и получилось целое ведро.

— Толя, ты молодец,— я задохнулся от радости.

— Угу,— Нестеров поблагодарил усталым кивком.— Только ничего похожего на измерительные приоры найти не удалось. Розетки, пакетники, щитки… этого добра полным-полно, а вот с тестером глухо.

Пока я переваривал эту, прямо скажем, дерьмовую новость, майор поинтересовался:

— А как у тебя дела?

— Мотор осмотрел.

— А что будем делать с зажиганием? Я ведь аккумулятор так и не нашел.

— Попытаемся прикурить от электрокара. Последняя надежда.

— Опять что-то придется искать? — милиционер болезненно поморщился.

— Два провода, чтобы соединить машины. Только толстые. Нож или кусачки, чтобы контакты зачистить.

— И все? Больше ничего не потребуется? Подумай хорошенько, чтобы я два раза не мотался.

— Все. Последнее задание.

— Ну, это несложно,— кряхтя, майор поднялся на ноги.— Провода вон они. Кусачки видел, когда ключи тебе искал. Так что за пару минут обернусь.

— Перед тем, как уйти, дотяни меня до машины.— Я кивнул в сторону электропогрузчика.— Начну с ним разбираться.

Анатолий воткнул меня лицом в сидушку водительского сиденья, а сам упал рядом на крышку аккумуляторного блока. Пока я стонал и боролся с болью в сломанных ребрах, он лежал неподвижно. На какой-то миг даже показалось, что пожилой милиционер умер. Сердце не выдержало напряжения, и мой компаньон, напарник, товарищ, друг расстался с жизнью. Вдруг стало так горько, пусто и страшно, что я тут же позабыл о себе.

— Толя? — я дотянулся до него и уцепился за грязный рукав милицейской рубашки.

— Сейчас… — простонал он в ответ.— Отдышусь хоть минутку.

Да-да… Конечно… Отдохни,— я похлопал его по руке.

Наши физические возможности были на пределе. Чтобы просто пошевелиться, требовались невероятные усилия, мысли путались, а в глазах значительно потемнело. Предметы стали размытыми и тусклыми. Почему-то вдруг показалось, что все наши старания это напрасная, ничего не стоящая возня двух муравьев, которые пытаются сдвинуть с места танк, ненароком наехавший на их муравейник. Но раз это так, раз до крошечных мозгов горемык-насекомых дошла горькая правда, то не лучше ли все бросить, упасть и расслабиться. Ведь тогда точно придет покой, наступит сладкое забвение. А все, что случится… это случится уже потом, когда-нибудь потом.

Из навалившейся полудремы меня вырвало движение. Нестеров со стоном, похожем на рык, поднялся. Шатаясь, он поплелся вдоль стеллажа с инструментами. Вот человек! Несгибаемый! Мне вдруг стало стыдно за себя. Слюнтяй! Тряпка! Нестеров почти на десять лет старше, ему тяжелее, а он держится. Значит, держись и ты.

Я уцепился за спинку водительского сидения и стал потихоньку подыматься. Это был лишь первый шаг. Дальше рука уцепилась за стойку кенгурятника, защищавшего кабину. Хорошо. Теперь я могу подтянуться и встать.

Боль была резкая и сильная. Я не выдержал и застонал. С полминуты пришлось недвижимо стоять, крепко обняв гладкую черную стойку. Но я уже стоял, и это было главное. Собираясь с силами для следующего рывка, я поднял голову вверх и несколько раз глубоко вдохнул.

В полуметре над моей головой виднелась зарешеченная крыша погрузчика, накрепко соединенная с тем самым стальным профилем, в который я вцепился. Но кроме решетки я видел что-то еще. Понадобилось несколько секунд, чтобы зрительный образ воспринялся скорчившимся от боли разумом. Когда наконец это произошло, я понял, что вижу зеркало заднего вида и фару. Зеркало меня не очень-то заинтересовало. Увидеть свою опухшую, измазанную в запекшейся крови физиономию радости мало. Зато фара… Двенадцативольтовая лампочка… В этом что-то есть. Мне потребовалось полное напряжение моего измочаленного серого вещества, чтобы понять — это он, пробник, который я искал!

Самостоятельно отвинтить фару я конечно же не мог. Высоко. Значит, придется ждать Анатолия. Где же он, черт побери? Ведь хвастался, что вернется через пару минут. Вот и верь после этого ментам.

Просто стоять и ждать казалось расточительной тратой времени и сил. Да и в конце концов я попросил майора притащить меня сюда совсем не ради лампочки. Меня интересовал аккумулятор. Улучив момент, когда боль взяла передышку, а в сознании, как в облаках, появился крохотный просвет, я переполз поближе к блоку аккумуляторов. Сконцентрировал внимание на поиске замков защитного кожуха. Ага, вот они. С блеском выполненная нехитрая работа вдохновила, придала уверенность. Я все еще кое-что стою, кое-что могу. Через минуту тяжелая крышка с грохотом полетела на пол.

— Ты что, сдурел?! — голос Нестерова прозвучал возле самого моего уха.— Услышат ведь!

— Виноват. Так получилось.— Я не стал сознаваться, что это совсем не досадный промах. По-другому у меня бы просто не вышло.

Нестеров укоризненно покачал головой, а затем протянул мне бухту проводов и кусачки.

— На вот, принес.

— Хорошо. А сейчас помоги… — я с трудом проглотил ставший поперек горла твердый и колючий, как кусок битого витринного стекла комок.— Помоги снять фару.

— Это еще зачем? — Я видел, как Анатолий покосился на привинченный к стойке фонарь.

— Делай,— прохрипел я.— Потом поймешь.

Сквозь серый туман, наполнявший глаза, я наблюдал как Анатолий копошится около стойки. Видать фару привинтили на совесть. Так что прежде, чем милиционер оповестил о своей победе, я пополнил свой лексикон несколькими крепкими выражениями явно уркаганского происхождения.

— Что делать с проводкой? Обрезать? — осведомился майор, демонстрируя мне фару, которая болталась на двух проводах.

— Попытайся вытянуть побольше. Только не оборви подсоединение к самой фаре.

Длина проводки, которую сумел высмыкнуть мой ассистент, оказалась сантиметров двадцать.

— Обрезай,— разрешил я.— Должно хватить.

— Теперь что? — Нестеров протянул мне фару.

Я оставил майору его добычу, предупредив, чтобы держал крепко и не уронил, иначе придется снимать вторую. Сам же, вооружившись кусачками, стал зачищать концы двух обрезанных проводов. Работа прямо скажу не клеилась. Пальцы одеревенели и не слушались совершенно. То я не мог перерезать изоляцию, то полностью откусывал кусочки кабеля.

Давай-ка лучше я,— Анатолий забрал у меня инструменты и всучил фару.— Только держи крепко, иначе вторую сам будешь снимать.

Шутит что ли? Точно шутит. Я попытался изобразить на лице улыбку. Майор оценил ее тяжелым вздохом:

Э-хе-хе, тебе бы отлежаться. Да и вколоть что-нибудь этакое, противовоспалительное. Похоже, лихорадка начинается.

— Работай,— прошипел я.

Когда на свет появились скрученные медные жилы, я кивнул:

— Готово. Теперь молись, будем пробовать. Если перегорит, значит ток слишком велик. Одной проблемой больше, придется понижать.

— А не загорится?

— Тогда дело дрянь. Тогда мы крепко влипли.

— Попробуем?

— Давай,— согласился я.— Чего тянуть.

— Держи фару, а я приложу провода,— предложил милиционер.— У меня руки меньше трясутся.

Я бы не сказал, что это была правда. Руки у Нестерова тоже ходили ходуном. И это, скорее всего, даже не от усталости, это от волнения. Когда же, наконец, Анатолию удалось прижать мягкие то и дело гнущиеся проводки к обеим клеммам, мы с замиранием сердца заметили, что фара мигнула. Всего на секунду мигнула, а затем погасла.

— Перегорела! — воскликнул я с досадой.

— Нет. Рука соскользнула,— успокоил Нестеров.— Сейчас приловчусь.

Анатолий справился, и всего через мгновение у меня в ладонях ровно и спокойно пылал яркий белый огонь. От него как-то сразу стало тепло и уютно, появилась надежда.

Надежда — хрупкая и ненадежная материя. Она вздрогнула и улетучилась, вспугнутая гулким ударом по металлу. Мы тут же обернулись на звук. Ворота. Гром пророкотал именно там. А чтобы мы в этом не посмели усомниться, снаружи пришло еще одно послание — серия новых разъяренных ударов.

— Черт, как же они…? — начал было я и осекся, угодив взглядом в зарешеченное окно под потолком.

Низкие серые облака были уже совсем не серыми. Они приобрели багровый, а кое-где и грязно-фиолетовый оттенок — краски угасающего дня. Цирк-зоопарк, вот оно как вышло! Получается, не в глазах у меня потемнело, а на улице. Мы прошляпили наступление сумерек и не учли, что свет в это время заметить проще простого.

предыдущая глава перейти вверх следующая глава

Уважаемые читатели, здесь вы можете ознакомиться с черновой версией романа, которая подгружалась на сайт в процессе его написания. Окончательный издательский текст можно скачать в форматах FB2, TXT, PDF по весьма скромной цене 49 руб.

скачать книгу ОРУЖЕЙНИК